МИНИСТЕРСТВО ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Российская правовая академия

На правах рукописи
ВОРОНЕНКОВ ДЕНИС НИКОЛАЕВИЧ

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И НОРМАТИВНЫЕ ОСНОВЫ СУДЕБНОГО 
КОНТРОЛЯ В МЕХАНИЗМЕ РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ        

Специальность 12.00.01 – теория и история права и государства; 
история учений о праве и государстве
Специальность 12.00.11 – судебная власть, прокурорский надзор, 
организация правоохранительной деятельности, адвокатура

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук

Москва – 2009

Диссертация выполнена на кафедре теории и истории государства и права НОУ ВПО Юридический институт (Санкт-Петербург)

Научный консультант:          доктор юридических наук, профессор
                                                    КОМАРОВ Сергей Александрович

Официальные оппоненты:   доктор юридических наук, профессор
                                                    МАЛЬКО Александр Васильевич (12.00.01)
                                  
                                                 доктор юридических наук, профессор
                                                    МОРОЗОВА Людмила Александровна 
                                                    (12.00.01)

                                                 доктор юридических наук, профессор
                                                 ЗАЛУЖНЫЙ Александр Гаврилович    
                                                 (12.00.01; 12.00.11)

                                                 доктор юридических наук, профессор
                                                 КОЛОДКИН Леонард Михайлович (12.00.11)

Ведущая организация – Академия экономической безопасности МВД РФ

        Защита диссертации состоится 30 октября 2009 года в 13єє часов на заседании диссертационного совета Д 229.001.02 при Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации по адресу: 117678, г. Москва, ул. Азовская, д. 2, корп. 1, ауд. 49.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации.

Автореферат размещен на интернет-сайте Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации «___» ________ 2009 года и интернет-сайте ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации http://www.vak.ed.gov.ru

Автореферат разослан « ___» _________ 2009 года

Ученый секретарь                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          
диссертационного совета  
доктор юридических наук, профессор                                            Ю.А.Крохина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена  реформированием политических и социально-экономических отношений в России, неизменно связанных с усилением внимания к проблемам прав человека, их обеспечению различными государственными средствами, среди которых основное место принадлежит судебной власти. Осуществляемый ею судебный контроль обеспечивает не только признание прав человека в полном объеме, но и является наиболее эффективной гарантией обеспечения демократии и свободы в Российском обществе. Принятие в 1993 г. Конституции Российской Федерации, производимое реформирование российского законодательства, свидетельствуют о  том, что Россия встала на путь серьезных намерений и действий в области прав человека.
В Послании Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации «России надо быть сильной и конкурентоспособной» отмечалось, что сделан существенный шаг в модернизации судебно-правовой системы. Большинство необходимых законодательных и иных нормативных правовых актов уже принято. Изменения коснулись не только организации и условий работы судов, но и процедур, обеспечивающих защиту прав личности и доступность правосудия.
Актуальность выбранной темы исследования подтверждается и тем, что оптимизация функционирования органов судебной власти ещё не завершена. Об этом свидетельствует Федеральная целевая программа «Развитие судебной системы России» на 2007-2011 годы, которая продолжила реформирование судебной системы согласно ранее действовавшей Федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России» на 2002-2006 годы, положившей начало позитивным изменениям в деятельности судебной системы. 
Как свидетельствует  эволюция развития человечества, судоустройство является социально необходимым продуктом жизнедеятельности  общества. Любое объединение людей в сообщества с целью создания  государства неизбежно предполагало наличие судебных органов, способных осуществлять защиту их прав и законных интересов. Доказательством тому служит наличие в  современном мире самых разнообразных судебных систем, которые сумели сохранить в своей первооснове историческую самобытность и уникальность обычаев, традиций, устоев и т.д., имевшихся у каждого народа.  История отрицает продуктивность бездумного копирования судоустройства других стран, она оправдывает разумное заимствование лишь  отдельных элементов и деталей. 
Применительно к нашему государству слово «суд» впервые упоминается в уставе князя Владимира Святославовича «О десятинах,  судах и людях церковных». Несмотря на то, что историкам не удалось определить точную дату его принятия, многие исследователи событий той эпохи относят появление устава к первой половине XI века. Более древнего источника, который упоминал бы о судах в древней Руси, до настоящего времени не обнаружено. Это позволяет нам предполагать, что именно в тот период началось постепенное отделение суда от княжеской власти, то есть начался процесс формирования самостоятельных органов правосудия. 
Исторический опыт подтверждает ту истину, что наиболее значительные перемены в судоустройстве связаны со сменой государственного строя. Поэтому происходящие в начале 90-х годов XX века в России перемены естественным образом отразились и на судебной реформе, которая, по нашему мнению, осуществляется в три этапа.
Первый этап связан с   подготовкой и  принятием высшими органами государственной власти Концепции судебной реформы (1991-1993 гг.), с появлением в ней целого ряда принципиально новых её положений: введение суда присяжных; дифференциация форм уголовного судопроизводства; оптимизация судебного контроля за законностью и обоснованностью  производства на начальных стадиях уголовного процесса; развитие принципа состязательности на досудебных стадиях и в судебном разбирательстве; уточнение полномочий органов судебной власти; определение критериев допустимости доказательств и введение практики своевременного исключения недопустимых доказательств; расширение прав сторон по собиранию и приобщению к делу доказательств; второй (1993-2000 гг.) —  с введением в нормы действующей Конституции Российской Федерации юридического понятия «Судебная власть» и закреплением ее самостоятельности, что и санкционировало принятие многих правовых актов по реформированию судебной системы; третий этап  (2000 г. по настоящее время) — с оптимизацией на государственном уровне основных направлений судебной реформы. Достаточно сослаться на справедливое суждение В.Д.Зорькина о том, что становится очевидной необходимость, с одной стороны, осуществлять постоянную корректировку национального законодательства в соответствии с международно-правовыми стандартами, которые Россия признала в соответствующих договорах, а, с другой, отстаивать в законодательстве новые специфические национальные интересы России, которые соответствуют закрепленным в Основном Законе страны коренным национальным интересам.
Известно, что судебная система играет важную роль в построении гражданского общества и развитии национальной экономики. Независимое и беспристрастное разрешение судами споров является одним из условий обеспечения инвестиционной привлекательности России и повышения предпринимательской активности.
В ст. 2 Конституции Российской Федерации подчеркнуто: «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав человека и гражданина – обязанность государства». Провозгласив этот фундаментальный принцип гражданского общества и правового государства, Конституция определила и закрепила наиболее важные слагаемые правового механизма обеспечения, охраны названных ценностей личности, в котором особая роль принадлежит судебной власти, ее органам и институтам.
В ст. 9 Декларации прав и свобод человека и гражданина закреплены положение о неприкосновенности частной жизни, тайна переписки, телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений. В ст. 22, 23 и 25 Конституции Российской Федерации не просто воспроизведены эти положения, но подчеркнуто, что арест, обыск, прослушивание телефонных переговоров и просмотр почтово-телеграфной корреспонденции допустимы не иначе, как на основании судебного решения. К подобного рода действиям правоохранительные органы вправе прибегать исключительно в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий. Только необходимостью быстрого раскрытия преступления продиктовано ограничение прав и свобод человека и гражданина. Вводя контрольные полномочия суда в стадии предварительного расследования, авторы Конституции Российской Федерации, безусловно, предполагали, что судебная власть станет непреодолимым барьером на пути произвола органов следствия и оперативных служб, а любые их незаконные решения и действия по просьбе заинтересованных лиц могут быть пересмотрены судом в тех случаях, когда закон, как это отмечено в ст. 46 Конституции Российской Федерации, не предусматривает их обязательной судебной проверки.
Современный этап социально-экономических преобразований диктует необходимость перехода судов на качественно новый уровень деятельности, ставит новые задачи. Это обусловливает необходимость серьезной государственной поддержки и применения программно-целевого подхода для привлечения дополнительных ресурсов в целях повышения эффективности деятельности судов.
Можно согласиться с утверждением о том, что причин сегодняшнего, весьма далекого от идеала состояния российской судебной власти много, однако в их иерархии особое место занимает дефицит фундаментальных общеправовых научных знаний о судебной власти. Несмотря на то, что в научное и массовое правосознание пришло понимание того, что знания о судебной власти нуждаются не только в серьезном переосмыслении, но и в обобщенном изложении в рамках единой доктрины, тем не менее, они до сих пор разбросаны по гуманитарным наукам, отраслевым правовым наукам, многие из которых перегружены задачами прикладного характера. В то же время, очевидно, что без соответствующей общетеоретической базы эффективное решение проблем судебной власти невозможно.
Об актуальности избранной темы исследования свидетельствует также и то, что российская правовая наука пока только приближается к пониманию феномена судебной власти во всей его глубине, сложности и многообразии. Следует согласиться с М.Н.Марченко, что «среди нерешенных проблем судебной власти в настоящее время по-прежнему остаются вопросы, касающиеся общего понятия судебной власти, определения ее юридической природы и характера, установления свойственных судебной власти как родовому явлению и соответствующему ему понятию признаков и черт, вопросы определения характера и особенностей взаимоотношения судебной власти с другими ветвями государственной власти».
В федеральном законодательстве регламентируется порядок судебного рассмотрения материалов об ограничении конституционных прав граждан. Рассмотрение материалов об ограничении конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, на неприкосновенность жилища при проведении оперативно-розыскных мероприятий осуществляется судом, как правило, по месту проведения таких мероприятий или по месту нахождения органа, ходатайствующего об их проведении.
К сожалению, конституционные нормы в реальной действительности соблюдаются не везде. Борьба с преступностью нередко сопровождается нарушением прав человека, причем нарушаются права не только подозреваемых и обвиняемых, но также заявителей, потерпевших, свидетелей и других лиц, оказавшихся в орбите уголовного процесса.
Исследователи отмечают, что нарушение прав личности предопределяется возможностью вторгаться в личную жизнь граждан, нарушая при этом их конституционные права и свободы, поскольку существующие в законодательстве перечни «тяжких преступлений (ст. 15 УК РФ) весьма обширны, а на практике понятие «случаев, не терпящих отлагательства», трактуется весьма широко».
После принятия Конституции РФ прошло пятнадцать лет, появилось новое уголовно-процессуальное законодательство, в которое на протяжении ряда лет вносились и вносятся изменения. Еще в решениях Конституционного суда РФ, начиная с 1995 года, неоднократно отмечалось несоответствие действующего УПК конституционным нормам. В частности, не всегда учитывается положения статей 10 и 118 Конституции Российской Федерации, предусматривающие осуществление государственной власти на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную, а также обусловливающие недопустимость возложения на судебную власть каких бы то ни было функций, несовместимых с ее исключительными прерогативами по осуществлению правосудия. Отсутствие детальной, предусматривающей различные ситуации правовой фундаментальной процедуры осуществления судом контрольной функции резко снижает эффективность этого вида судебной деятельности, создает неверное представление о ней.
В 90-е годы прошлого столетия много внимания уделялось вопросам судебной реформы, уголовно-процессуальное законодательство было дополнено правовыми нормами, регламентирующими целый ряд судебно-контрольных действий. Вместе с тем, как отметил А.Д.Бойков, судебная реформа в России осуществляется «спонтанно и противоречиво». Это делает чрезвычайно актуальным исследование всех проблем, связанных с совершенствованием правоохранительной практики вообще и с судебным контролем на стадии предварительного расследования, в частности. Значительными являются и анализ генезиса судебной власти в России, и оценка ситуации,  сложившейся в правоохранительной практике в конце 90-х годов прошлого столетия, и осмысление опыта западных стран. Налицо необходимость комплексного рассмотрения проблем обеспечения доступности, открытости и прозрачности правосудия, повышения доверия общества к правосудию и эффективности рассмотрения дел, обеспечения независимости судей и повышения уровня исполнения судебных актов, а также проблем создания условий для осуществления правосудия. В немалой степени реализации этих задач будет способствовать теоретический и практический анализ проблемы оптимизации судебного контроля на современном этапе развития российской государственности.
Степень разработанности проблемы. Вопросы юридической деятельности в целом уже были предметом изучения, в частности, таких ученых, как С.С.Алексеев, П.П.Баранов, И.Я.Дюрягин, В.Н.Карташов, В.Н.Кудрявцев, В.И.Леушин, А.В.Малько, Л.А.Морозова, М.Ф.Орзих, В.М.Сырых, Ф.Н.Фаткуллин, Р.О.Халфина, Ю.В.Чуфаровский, Р.В.Шагиева, Д.Ю.Шапсугов и др.
Проблемы контроля с общетеоретических позиций исследовали Л.В.Акопов, Г.В.Атаманчук, В.К.Бабаев, А.И.Бобылев, В.В.Бурцев, Л.А.Галанина, Е.В.Грачева, А.П.Гуляев, С.А.Денисов, Ю.А.Дмитриев, Н.А.Золотарев, Ф.Ш.Измайлова, А.Б.Карлин, А.А.Кармолицкий, В.Я.Кикоть, Б.М Лазарев, Е.В.Лобанова, В.И.Лукьяненко, Е.А.Маштакова, О.Е.Савенко, Н.Г.Салищева, Н.Ф.Селивон, С.В.Степашин,  М.С.Студеникина, А.М.Тарасов, Ю.А.Тихомиров, В.И.Туровцев, О.В.Филимонов, Н.Ю.Хаманева, В.С.Чернявский, В.Е.Чиркин, И.Б.Шахов, И.В.Шмаров, Е.В.Шорина, Ю.Л.Шульженко, Б.Н. Юрков, В.А.Юсупов, А.А.Ялбулганов и др. 
Различные аспекты функционирования судебной власти производились в разное время такими авторами как: Л.Б. Алексеева, В.Н. Бибило, С.В. Боботов, В.М. Бозров, А.Д. Бойков, С.И. Викторский, Л.А. Воскобитова, Л.Б. Зусь, Э.Ф. Куцова, А.И. Кудряшова, Н.А. Колоколов, В.А. Лазарева, В.М. Лебедев, П.А. Лупинская, Ю.А. Ляхов, Е.Б. Мизулина, И.Б. Михайловская, Л.А. Николаева, С.А. Пашин, И.Л. Петрухин, С.В. Познышев, Н.Н. Розин, В.М. Савицкий, Н.Г. Салищева, В.А. Случевский, А.К. Соловьева, М.С. Строгович, А.А. Тарасов, А.Г. Халиулин, С.А. Шейфер, В.А. Яблоков и др.
Разные аспекты уголовно-процессуальной деятельности вообще, судебно-контрольной деятельности – в частности, раскрыли в своих трудах В.П.Антонов, И.Ф.Демидов, Г.Н.Козырев, Ю.В.Кореневский, В.Н.Махов, А.И.Михайлова, Н.В.Радутная, В.И.Серегин, А.Ф.Смирнов, А.Б.Соловьев, М.Е.Токарева, Б.А.Филиппов, С.П.Щерба, Н.А.Якубович, О.М.Ястребова и др. Они проанализировали многие аспекты судебного контроля на стадии предварительного расследования, сопоставили отечественную практику с опытом других стран. 
В.П.Божьев, А.И.Гудкин, И.Ф.Демидов, З.Д.Еникеев, А.В.Занин,  Г.П.Ивлиев, А.С.Кобликов, З.Ф.Коврига, В.М.Корнуков, Е.Б.Мизулина, И.Д.Перлов, И.Л.Петрухин, Н.Н.Полянский, В.М.Савицкий, М.С.Строгович, А.Я.Сухарев, А.П.Фоков, В.С.Шадрин, А.А.Чувилев и др. рассмотрели названные проблемы в аспекте охраны свободы и неприкосновенности личности в уголовном процессе.
И только во второй половине 90-х годов XX столетия появились научные статьи, диссертационные исследования, в которых так или иначе рассматриваются проблемы судебного контроля. Особо следует отметить публикации и диссертацию Н.А. Колоколова, много лет анализировавшего различные вопросы судебной реформы, в том числе и проблемы становления института судебного контроля.
Тогда же появились работы, в которых внимание исследователей концентрируется на сравнении российской ситуации с опытом других стран, в частности Франции, которая исторически, по многим аспектам общественной жизни была близка к России. В работах Г.В.Атаманчука, И.Л.Бачило, Е.Ю.Егорова проводится сравнительный анализ российского и французского законодательств в аспекте государственно-правовой защиты культурных ценностей. В статьях и диссертации Е.В.Быковой рассмотрены различные аспекты судебного контроля за предварительным расследованием во Франции, а Леон Шанталь Амбасса провел сравнительно-правовое исследование проблем предварительного следствия в уголовном процессе России и Франции.
Таким образом, проблемам судебного контроля и обеспечению прав личности в литературе уделяется много внимания. Благодаря усилиям ученых достаточно прочно утвердилась точка зрения о том, что в механизме охраны жизненных ценностей и благ личности уже на досудебных стадиях уголовного процесса центр тяжести переносится на установление правоохранной деятельности судебной власти. Это значит, что судебный контроль носит гарантийный правоохранительный характер как в отношении человека, гражданина, так и в отношении правосудия по уголовным делам, ибо призван устранить нарушения законности и таким путем создать условия для нормального движения дела на последующих этапах судопроизводства. Вместе с тем не все проблемы судебного контроля привлекли внимание исследователей, несмотря на их большое значение для науки и практики. Недостаточно разработан вопрос о том, насколько регламентации российского уголовно-процессуального права о судебном контроле на досудебных стадиях уголовного процесса согласуются с европейскими и международными стандартами.
Актуальность проблемы, ее недостаточная разработанность определили выбор темы диссертационного исследования, его цель и задачи.
Цель исследования состоит в выявлении места и роли судебного контроля в механизме разделения властей, раскрытии судебной деятельности как гарантии прав и свобод гражданина, сравнительном анализе проблем судебного контроля и определение на этой основе путей совершенствования данной деятельности в современной России и за рубежом.
В соответствии с этой целью в диссертации решаются следующие задачи:
•	проведение сравнительного анализа становления и развития судебного контроля в зарубежных демократических государствах и современной России;
•	раскрытие взаимосвязи и преемственности судебно-контрольной деятельности с функциями судебной власти;
•	определение общего, особенного и единичного во взаимосвязи судебного контроля, прокурорского надзора и ведомственного контроля на стадии предварительного расследования;
•	рассмотрение генезиса судебного контроля, а с позиций общей теории права дополнительно дать научное обоснование понятий, целей, признаков, принципов, функций и других его характеристик (как вида социального), показать его роль и значение в механизме разделения властей на современном этапе;
•	выяснение сегодняшних проблем судебного контроля в России, определение возможности и пути использования опыта ряда других западных стран.
•	конкретизацию предмета, объекта и субъектного состава контрольной деятельности, дать характеристику и показать целесообразность и предназначение;
•	анализ организационно-правового обеспечения деятельности контрольных органов, внесение предложений и рекомендаций по его усовершенствованию.
Предметом диссертационного исследования является особый блок проблем, связанный с организацией, осуществлением и правовым обеспечением судебного контроля в механизме разделения властей, практика применения законодательства, регламентирующего судебно-контрольную деятельность в России и за рубежом.
Объектом исследования выступают общественные отношения, складывающиеся между субъектами судебного контроля в механизме разделения властей, практика его осуществления в современном российском обществе, национальное и зарубежное законодательство.
Методологические основы и методика исследования. В диссертационном исследовании использовались общенаучные, общелогические, частнонаучные методы познания процессов и явлений, такие как исторический, сравнительно-правовой, формально-логический, формально-юридический, социологический, статистический и др. 
С помощью исторического метода изучены традиции, закономерности и преобладающие тенденции в деятельности органов судебного контроля, этапы их формирования и трансформации полномочий. Сравнительно-правовой метод преимущественно использовался для выявления особенностей юридической деятельности и ее классификации. Формально-логический и социологический методы позволили определить место и роль контроля в государственном управлении, их значимость для общества. Формально-юридический метод применялся при анализе действующих нормативно-правовых актов. Методы толкования правовых норм способствовали выявлению пробелов и упущений в законодательстве о контроле, формированию предложений по его усовершенствованию. При помощи логико-семантического метода и метода восхождения от абстрактного к конкретному расширен и уточнен понятийный аппарат, определены сущность, общие и особенные черты контрольной деятельности как основных гарантий законности и правопорядка.
Научная обоснованность и достоверность положений, выводов и рекомендаций обусловлены комплексным использованием соответствующих научных методов познания. В основу диссертации положены российское и частично зарубежное уголовное, уголовно-процессуальное законодательство, постановления Пленумов Верховного Суда РФ (РСФСР, СССР), прецеденты Европейского суда по правам человека, решения Конституционного Суда РФ, научные публикации ученых и практических работников по вопросам теории и истории государства и права, истории политических и правовых учений, уголовно-процессуального права, статистические данные и результаты изучения судебной практики.
Эмпирическую и информационную основу диссертационного исследования составляют обобщенные данные о практической деятельности органов судебного контроля, статистические материалы, справочная литература.
Источники информации по характеру и формам отражения действительности можно распределить на ряд основных групп. 
Первую из них составляют официальные государственно-правовые документы: Конституция Российской Федерации; документы государственных органов, прежде всего федеральных: федеральные конституционные и федеральные законы; акты палат Федерального Собрания Российской Федерации; указы и распоряжения Президента Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации, а также нормы действующего законодательства государств СНГ и некоторых зарубежных стран. Использовались материалы практики организации и деятельности органов контроля и надзора, некоторые проекты законов, а также нормативные акты, утратившие силу.
Вторая группа источников связана с деятельностью политических партий, общественных движений и объединений. В их программах и других материалах нередко в обобщенном виде представлены позиции различных социальных слоев и категорий населения, характеризующие отношение к деятельности органов судебного контроля, содержащие определенные выводы и предложения.
Третья группа источников – собственно теоретические труды отечественных и зарубежных исследователей прошлого и настоящего по теории государства и права, теории государственного управления, по конституционному, административному, финансовому праву, научные работы о контроле и надзоре, а также по психологии, философии, социологии, менеджменту. В их числе труды таких отечественных ученых, как Н.Г.Александров, С.С.Алексеев, Л.В.Акопов, Г.В.Атаманчук, В.С.Афанасьев, М.В.Баглай, А.А.Баев, М.И.Байтин, В.М.Баранов, И.Л.Бачило, Д.Н.Бахрах, В.Г.Бессарабов, С.Г.Березовская, В.В.Борисов, А.Д.Бойков, В.В.Бурцев, В.М.Ведяхин, Н.А.Власенко, Н.Н.Вопленко, Н.В.Витрук, В.М.Горшенев, Ф.А.Григорьев, В.Г.Даев, А.М.Дроздова, А.Ф.Ефремов, И.М.Зайцев, А.Г.Залужный, В.Д.Зорькин, Н.В.Исаков, С.М.Казанцев, В.Н.Карташов, Н.М.Конин, С.А.Комаров, В.Н.Кудрявцев, В.Л.Кулапов, Б.П.Курашвили, О.Е.Кутафин, В.И.Леушин, А.Б.Лисюткин, В.Д.Ломовский, А.В.Малько, В.М.Манохин, М.Н.Марченко, Н.И.Матузов, А.С.Мордовец, Л.А.Морозова, П.Е.Недбайло, А.А.Николаева, В.М.Оробец, А.А.Павлушина, А.С.Панарин, И.В.Панова, В.Д.Перевалов, Н.И.Полищук, С.В. Поленина, В.Н.Протасов, Т.Н.Радько, В.И.Рохлин, И.С.Самощенко, В.А.Сапун, И.Н.Сенякин, В.Н.Синюков, Ю.Н.Старилов, М.С.Студеникина, В.М.Сырых, Ю.А.Тихомиров, Б.Н.Топорнин, Р.О.Халфина, Н.И. Химичева, В.Е.Чиркин, Д.Ю.Шапсугов, Е.В.Шорина, Ю.Л.Шульженко, Б.С.Эбзеев, В.А.Юсупов, Л.С.Явич и др.
Четвертая группа источников – это работы дореволюционных российских ученых И.Е.Андреевского, Ф.Белявского, Н.А.Буцковского, В.М.Гессена, А.Д.Градовского, А.И.Елистратова, В.В.Ивановского, В.О.Ключевского, А.Ф.Кони, Н.М.Коркунова, Н.В.Муравьева, И.Х.Озерова, С.А.Петровского, В.А.Саковича, В.Н.Соколова, С.М.Соловьева, Г.Ф.Шершеневича и др.
В пятую группу источников вошли труды зарубежных ученых Г.Бержерона, Г.Бребана, В.Вичева, Д.Гарнера, В.Гаращука, Б.Гурне, Ю.Грошевого, Р.Давида, И.Дрейслера, А.Демишеля, Р.Драго, Р.Иеринга, Д.Карнеги, Р.Кросса, Дж.Локка, В.Лукича, Л.Мизеса, Ч.Мольчика, Ш.Л.Монтескье, Н.Неновски, И.Сабо, А.Сушинского, Р.Фалмера и др.
При написании работы автор опирался на труды названных выше ученых, а также на работы философов, занимающихся проблемами прав и свобод личности. При написании диссертации автором широко использовались работы западноевропейских процессуалистов различных школ и направлений: Булока, Бузы, Жандидье, Левассера, Лемулана, Мерля, Праделя, Расса, Солона, Стефани, Эли и многих других. 
В диссертации специально анализируются нормы уголовно-процессуального законодательства, образующие правовой институт судебного контроля.
В процессе исследования автор опирался на идеи, концепции, подходы теоретического и методологического характера видных отечественных ученых-специалистов в области уголовно-процессуального права относительно уголовного судопроизводства и судебного разбирательства, содержащиеся в трудах следующих авторов: А. И. Александрова, Т. Т. Алиева, Б. Т. Безлепкина, В. П. Божьева, В. В. Вандышева, Л. В. Головко, А. В. Гриненко, Н. А. Громова, А. П. Гуляева, А. П. Гуськовой, К. Ф. Гуценко, О. А. Зайцева, З. З. Зинатуллина, К. Б. Калиновского, А. С. Кобликова, Н. Н. Ковтуна, Н. А. Колоколова, Ю. В. Кореневского, В. З. Лукашевича, П. А. Лупинской, И. Б. Михайловской, И. Л. Петрухина, В. И. Радченко, А. Д. Поповой, А. В. Смирнова, Б. А. Филимонова, Г. П. Химичевой, О. В. Химичевой, Р. Х. Якупова и других.
Научная новизна исследования заключается в том, что диссертант, с учетом новейшей литературы и законодательства, исследует новое направление юридической науки – теоретические и нормативные аспекты судебного контроля в системе разделения властей в современных условиях развития российского государства, при этом ставит и решает ряд крупных проблем на стыке теории государства и права, судебной власти и организации правоохранительной деятельности. 
В диссертации на монографическом уровне системно на основе познаний теории и истории государства, истории политических и правовых учений, уголовно-процессуального права рассмотрены актуальные проблемы судебного контроля в России и за рубежом, на основе чего определены возможности и пути совершенствования отечественной практики судебного контроля после завершения ранее действовавшей Федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России на 2002-2006 годы», положившей начало позитивным изменениям в деятельности судебной системы.
Диссертация представляет собою монографическое исследование развития судебной власти в механизме разделения властей, основанное на современных научных подходах и анализе современной российской государственности. В работе представлен концептуальный анализ причин и условий модернизации судебной системы российского государства на основе идей механизма разделения властей, механизма правового регулирования. 
Особое внимание в диссертации уделяется исследованию общетеоретических и политико-правовых аспектов становления и развития системы судебной власти, ее места и роли в механизме разделения властей и функциональных проявлений в реальной государственно-правовой действительности России. Универсальность судебной власти в современном мире состоит в обеспечении охраны прав и свобод человека, в том числе и прежде всего от антиправовых действий и решений властных структур. Если такие действия и решения нельзя оспорить перед независимой судебной инстанцией, то открыта дорога произволу. Признание самостоятельной и независимой судебной власти — это акт самоограничения государства, исходящего из приоритета такой ценности, как права и свободы человека.
В работе критически рассмотрены и оценены высказанные в юридической литературе предложения по совершенствованию института судебного контроля, исследованы особенности развития и становления института судебного контроля, обобщены предлагаемые специалистами варианты наилучшего решения этой задачи, аргументирован вывод о том, что при отправлении правосудия, в частности, при пересмотре вынесенных решений, судами осуществляется не судебный надзор, а судебный контроль.
В диссертации сформулирован ряд важных черт, присущих органам судебного контроля и делающих их столь значимыми для обеспечения надлежащего качества реализации закона. В их числе: коллегиальность, постоянство действия, соблюдение принципов состязательности, презумпции невиновности, свободы  информации.
В диссертации получили дальнейшее развитие:
•	общетеоретические аспекты судебной деятельности (цели, признаки, субъекты, участники, объекты, функции) в их диалектическом единстве с юридической практикой;
•	теоретические положения о признаках (научность, оперативность, оптимальность, властность и др.), функциях (социальная, корректировки, правоохраны, превентивная, воспитательная и т.д.) и принципах (законность, независимость, гласность и др.) судебной контрольной  деятельности;
•	классификация контрольной деятельности, при которой судебный контроль подразделен на четыре подвида (судебный конституционный контроль, судебный контроль в сфере исполнительной власти, судебный контроль в процессуальном судопроизводстве, внутриведомственный (иерархический) судебный контроль);
•	теоретические характеристики контрольной деятельности (признаки, предмет, объект, принципы, функции) и контрольных правоотношений;
•	выводы о необходимости процессуализации контрольной  деятельности (по совершенствованию процессуальных контрольных и надзорных производств и их стадий);
•	пути оптимизации контрольной деятельности (максимальное использование организационного, правового, научного, материального, кадрового потенциала и др.) и вопросы повышения эффективности судебного контроля, совершенствования его нормативного обеспечения.
Основные положения, выносимые на защиту.
– Обосновано, что реализация принципа (идеи, концепции) разделения властей должна быть направлена на то, чтобы все разновидности государственной власти считали первоочередными гуманистические цели, в числе которых установление прочных юридических гарантий, необходимых форм и процедур в целях социально-правовой защиты личности от произвола государственных органов и чиновников, обеспечение соответствия действий государственных органов равноправия граждан в обществе. 
В диссертации дополнительно обосновывается и аргументируется позиция об исключительных контрольных полномочиях судебной власти кроме осуществления правосудия: реализация конституционного контроля; контроля за законностью и обоснованностью решений и действий органов государственной власти федерального и регионального уровней, органов муниципальной власти, должностных лиц и государственных гражданских служащих в случае их обжалования в суд; контроль за законностью и обоснованностью действий, проводимых органами дознания и предварительного следствия при их обжаловании в суд. 
– Сущность судебного контроля заключается в проверке соответствия результатов заданным параметрам, его целям, ибо уполномоченные на то органы и их должностные лица, используя организационно-правовые способы и средства, выясняют, соответствует ли деятельность органов и лиц законам и поставленным пред ними задачам; анализируют результаты воздействия субъектов управления на управляемые объекты, отклонения от поставленных целей и способов их достижения; принимают меры по их предотвращению и привлечению к ответственности виновных. Содержание судебного контроля состоит из наблюдения за функционированием подконтрольных объектов, получения объективной информации о выполнении ими правил и поручений, их состоянии; анализа собранной информации, выявления тенденций, причин, разработки прогнозов; принятия мер по предотвращению нарушений законности и дисциплины, вредных последствий, ущерба, несчастных случаев, нецелесообразных действий и расходов и в том числе пресечения противоправной деятельности в целях недопущения вредных последствий, новых нарушений; учета конкретных нарушений, определения их причин и условий; выявления виновных, привлечения их к ответственности. В одних случаях контролирующие органы вправе сами решить вопрос о дисциплинарной, материальной, уголовной ответственности виновных, в других — обязаны ставить вопросы об этом перед компетентными органами, должностными лицами.
Проанализированы следующие признаки судебного контроля: оптимальность, непрерывность, оперативность, властность и другие; его цели: охрана конституционного строя, обеспечение прав и свобод человека и гражданина, повышение эффективности государственного управления, поддержание стабильности государственного устройства, обеспечение соответствия издаваемых нормативно-правовых актов Конституции РФ; функции: правоохраны, социальной превенции, воспитательная и некоторые другие. 
Таким образом, контроль – это форма юридической деятельности, при которой управомоченные органы и должностные лица в рамках контрольного производства, для получения юридически значимых результатов и оказания (обеспечения) регулирующего воздействия осуществляют на подконтрольных объектах сбор и проверку информации о фактическом выполнении нормативных предписаний, соблюдении требований нормативных и правовых актов и непосредственно принимают меры по предупреждению и пресечению допущенных нарушений (отклонений) в целях обеспечения охраны интересов общества и государства, защиты прав и свобод граждан.
– Предлагается выделять: судебный конституционный контроль, судебный контроль в сфере исполнительной власти (в том числе и в рамках административной юстиции), судебный контроль в уголовном судопроизводстве и внутриведомственный (иерархический) судебный контроль. 
– Административная юстиция рассматривается в качестве важного средства реальной защиты и восстановления нарушенных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения оперативного доступа к правосудию. Дается обзор существующих мнений относительно роли и места административной юстиции, обосновывается предложение о скорейшем введении в строй этого института. Критически анализируется создавшееся положение с принятием соответствующего законодательства и внедрением административной юстиции в практику. 
– Дополнительно аргументируется идея о том, что по своей природе контрольная деятельность суда является юрисдикционной, основана на процессуально-правовых и нравственных началах и направлена на разрешение юридических конфликтов, возникающих между гражданином и органами государственной власти, должностными лицами.
– Утверждается, что становление института судебного контроля в России находится на первоначальном этапе, поэтому для его развития необходимо критическое осмысление опыта других стран, перенесение доказавших свою жизнеспособность форм и методов в конкретные социально-экономические реалии с учетом российской ментальности. Обращается внимание на то, что первый российский уголовно-процессуальный кодекс был разработан под прямым непосредственным влиянием французского уголовно-процессуального кодекса. В дальнейшем уголовно-процессуальное законодательство в России и Франции шло своими путями. Значительная часть изменений, внесенных во второй половине XX века в УПК Франции, была направлена на развитие таких институтов как дознание и предварительное следствие. 
– Анализ практики показывает, что правовое регулирование института судебного контроля в Российской Федерации является несовершенным, страдает недостатками, отрицательно сказывающимися на точном и неуклонном применении его норм и снижающими эффективность этого института. В связи с этим имеется необходимость во внесении изменений и дополнений в регулирование этого института. В частности, предлагается внесение изменений в ряд статей Кодекса об административных правонарушениях в Российской Федерации (приложение № 1). 
– Важной составляющей судебного контроля на стадии предварительного расследования является защита общества и соблюдение органами следствия конституционных прав и свобод личности, поэтому  практика совершенствования западноевропейского уголовно-процессуального законодательства в определенной мере может быть учтена в России при оптимизации уголовно-процессуального законодательства. Органы, осуществляющие функцию судебного контроля, являются оптимальным вариантом решения проблемы законности, прав и свобод участников процесса, полноты и обоснованности расследования преступления, применения необходимых мер к лицам, проводящим расследование.
 Совершенствование законодательства, регламентирующего судебную деятельность, следует осуществлять комплексно с учетом сложившейся в стране политической, экономической и социальной обстановки. Например, борьба с коррупцией, включая и судебную систему — одно из главных направлений такой работы. Впервые в истории России у нас принят базовый закон о противодействии коррупции, одновременно вносящий поправки в двадцать шесть уже действующих законодательных актов. Таким образом, принятый депутатами пакет антикоррупционных законов имеет комплексный характер и должен стать важным шагом к созданию атмосферы неприятия коррупции как таковой в российском обществе.  
Для претворения в жизнь президентских инициатив в Государственной Думе была проведена большая работа, состоялась предметная дискуссия с участием не только всех парламентских фракций, но и широкой общественности. Честное обсуждение и открытость властных структур — это те составляющие, без которых борьба с коррупцией невозможна, и здесь будет уместно отметить также принятый Федеральный закон «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 
– Обосновывается, что контрольная форма юридической деятельности в механизме правовой политики современного российского государства служат действенными средствами её реализации, а реальное воплощение в жизнь в значительной мере зависит от эффективности судебного контроля.
– Констатируется, что на основании анализа правового регулирования и практики осуществления судебного контроля в Российской Федерации с учётом  опыта зарубежных государств, характерными тенденциями развития для судебного  контроля в целом являются: придание ему системности и всеохватывающего характера; увеличение внимания со стороны общества к проблемам судебного контроля; придание приоритета правам и свободам человека и гражданина по отношению к иным политико-правовым и социальным ценностям; расширение взаимодействия России в сфере судебного контроля с другими государствами. С учетом данных тенденций судебный контроль определяется как системная деятельность компетентных судебных органов, осуществляемая по предусмотренным законом основаниям и процедурам с целью защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, конституций и уставов, законов субъектов Российской Федерации, подзаконных нормативных правовых актов. Совершенствование системы судебного контроля в Российской Федерации, объединенной единством целей, задач и функций является центральным направлением развития судебной системы в России.
– Теоретически обосновывается идея о необходимости комплексного решения проблем, связанных с осуществлением судебного контроля, реформированием и развитием судебной системы. Передача на федеральный уровень вопросов деятельности мировых судей, несмотря на необходимость определённых трат, позволит завершить формирование стройной вертикали судебной власти, что нашло свое отражение в Послании Президента Российской Федерации Д.А.Медведева Федеральному Собранию Российской Федерации в 2008 году.
Реальность судебного контроля обусловлена наличием эффективной системы исполнения судебных решений на основе использования  программно-целевым метода с учётом большого значения работы органов правосудия для построения демократического правового государства; тесной взаимосвязи процессов социально-экономического развития общества и сферы правосудия; сложности организационной структуры судебной системы, особых требований к её формированию и функционированию; многообразия проблем, для решения которых необходимо выполнение значительных по объему и требующих длительных сроков реализации инвестиционных проектов и мероприятий.
Диссертант поддерживает идею о том, что с учетом успешного опыта реализации федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России» на 2002-2006 годы использование в 2007-2011 годах программно-целевого метода представляется наиболее целесообразным для качественного обновления существующей системы правосудия с целью обеспечения ее соответствия требованиям демократического правового государства и общепринятым нормам международного права.
– Доказывается, что важнейшим условием успешного развития судебной реформы, улучшения качества судебной деятельности, укрепления связи судов с населением, повышения уровень его доверия к судебной власти, а одновременно и обеспечению гражданам большей доступности к средствам судебной защиты является совершенствование внешних форм контроля общества за отправлением правосудия. Достижению высокого уровня его гласности и прозрачности должна отвечать нормативная регламентация доступа к информации о деятельности судов Российской Федерации основанная на следующих принципах:
1)	открытость и доступность информации о деятельности судов, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации;
2)	достоверность информации о деятельности судов и своевременность ее предоставления;
3)	свобода поиска, получения, передачи и распространения  информации о деятельности судов любым  законным способом;
4)	соблюдение прав граждан на неприкосновенность частной жизни,  личную  и  семейную тайну, защиту их чести и деловой репутации, права   организаций на защиту  их  деловой  репутации; соблюдение прав и законных интересов участников судебного процесса при предоставлении информации о деятельности судов;
5) невмешательство в осуществление правосудия при предоставлении информации о деятельности судов.
– Обосновывается, что основные направления государственной политики в сфере противодействия коррупции распространяются и на судебную систему. Эти направления включают в себя, в частности сокращение категорий лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам и ведения оперативно-розыскных мероприятий; введение антикоррупционных стандартов, то есть установление для судей единой системы запретов, ограничений, обязанностей и дозволений, направленных на предупреждение коррупции; обеспечение справедливой и равной для всех доступности правосудия и повышение оперативности рассмотрения дел в судах; развитие процедур досудебного и внесудебного разрешения споров, прежде всего между гражданами и государственными органами, введение в практику так называемых «сделок с правосудием»; установление контроля за имущественным положением судей. 
– Дается авторское понимание «механизма разделения властей». Если рассматривать государство как политическую организацию, как абстракцию, то воплощается оно в механизме государства, состоящем из государственных организаций, которые в свою очередь могут быть государственными органами, государственными учреждениями или государственными предприятиями. Государственная власть может осуществляться только государственными органами, приобретающими и осуществляющими в этой связи властные полномочия, которыми не могут обладать ни государственные учреждения, ни государственные предприятия. 
«Механизм разделения властей» (от греч. mechane — машина) представляет собой упорядоченную совокупность (систему) нескольких самостоятельных (обособленных) звеньев (элементов, ветвей) власти, предназначенных для функционирования единой государственной власти в целях обеспечения бытия государственности. Главное, что отличает механизм разделения властей – это его функциональная составляющая, взаимосвязь и взаимозависимость одной власти от другой, выражаемая в системе сдержек и противовесов. Законодательная, исполнительная, судебная, президентская власти существуют в правовом пространстве, взаимодействуют между собой, но каждая из них стремится к собственной цели, выполняет только ей присущие задачи, реализует только свои специфические функции по обеспечению деятельности государства.
Механизм разделения властей есть саморегулируемая система, подвергаемая нормативно-правовому воздействию. Нормативно-правовой основой его создания и последующего функционирования выступают нормы права, определяющие правовой статус каждого звена (элемента) указанного механизма. Взаимодействие составляющих механизм разделения властей звеньев (элементов) воплощается в правовых отношениях, в особой субъектно-объектной среде, в корреспондируемых связях, а реализация состоит в актах волевого характера, принимаемых с учетом места и роли той или иной власти в указанном механизме разделения властей.
Теоретическая и практическая значимость диссертации состоит:
во-первых, в том, что полученные результаты являются определенным вкладом в научную разработку проблем теории государства и права, других отраслей права и могут быть использованы для дальнейшего научного анализа, как теоретических основ права, так и различных форм его реализации. 
Во-вторых, материалы диссертации могут послужить для разработки стратегии дальнейших преобразований и реформ в российском обществе, правовой жизни и реализации правовой политики государства. 
В-третьих, авторский подход к определению сущности и предназначения контрольной формы юридической деятельности, а также выводы, сформулированные в диссертации, и внесенные предложения могут способствовать повышению эффективности государственного механизма, укреплению дисциплины, законности и правопорядка; могут быть использованы при разработке нормативно-правовых актов и осуществлении управленческо-организационных мероприятий по реформированию и совершенствованию организации и деятельности органов контроля в целях оптимизации деятельности органов государственной власти и управления, усиления гарантий соблюдения прав и свобод человека и гражданина, последовательной демократизации российского общества. 
В-четвертых, обобщение и систематизация имеющихся знаний по исследуемой проблеме могут найти применение при выработке Концепции контрольной деятельности в масштабах всей страны, совершенствовании форм и методов контроля. В определенной степени составляющие такой Концепции отражены в комплексе антикоррупционных законов.
В-пятых, основные положения диссертации, увязанные с реальными современными процессами, сопровождающими контрольную деятельность, могут быть использованы в научной и учебной юридической литературе, в учебном процессе при преподавании ряда юридических дисциплин.
Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедрах теории и истории государства и права, уголовного права и процесса Юридического института (Санкт-Петербург). Содержащиеся в ней основные положения, выводы и предложения опубликованы в ряде научных журналов и представлены в тезисах и научных сообщениях на международных и российских научных и научно-методических конференциях, семинарах, «круглых столах». 
Автор принимал участие в работе 10 ежегодных межвузовских научно-теоретических конференциях «Политика. Власть. Право» (Санкт-Петербург-Коломна, 1998-2007 гг.), Всероссийской научно-практической конференции  «Государство, право, личность: история, теория, практика» (Коломна, 18 февраля 2006 г.), Международной научно-практической конференции «Личность, право, государство: история, теория, практика» (Санкт-Петербург, 24-25 ноября 2006 г.), II Международной научно-практической конференции «Оптимизация законодательного процесса: вопросы теории и практики» (Санкт-Петербург, 28-29 июня 2007 г.); III Международной научно-практической конференции «Оптимизация законодательного процесса: вопросы теории и практики» (Санкт-Петербург, 27-28 июня 2007 г.), IV Международной научно-практической конференции «Оптимизация законодательного процесса: вопросы теории и практики» (Санкт-Петербург, 27-28 июня 2008 г.), V Международной научно-практической конференции «Оптимизация законодательного процесса: вопросы теории и практики» (Санкт-Петербург, 25-28 июня 2009 г.).
Основные положения и выводы диссертационной работы изложены автором в 3-х монографиях, комментарии к Конституции Российской Федерации, Новой Юридической энциклопедии, учебниках и учебных пособиях, научных статьях, включая журналы, рекомендованные ВАК Минобразования Российской Федерации для публикаций результатов исследования по докторским диссертациям. 
Кроме того, отдельные выводы и предложения диссертации были использованы при подготовке Информационно-аналитического бюллетеня Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, аналитических материалов Правового управления Аппарата Государственной Думы, о чём имеется соответствующий акт о внедрении.
Положения диссертационного исследования используются автором при чтении лекций по курсам «теория государства и права», «проблемы теории государства и права», «административное право» и «прокурорский надзор», «судебный контроль в Российской Федерации», при подготовке учебных пособий, учебных и рабочих программ, лекционных материалов по этим программам и в научно-исследовательской работе со студентами и аспирантами, а также при осуществлении консультативной правовой помощи сотрудникам правоохранительных и контролирующих органов.
Структура работы предопределена целями и задачами исследования, кругом проблем, включенных в разработку, а также уровнем, полнотой и качеством их разработанности в науке теории государства и права, других отраслевых науках.
Диссертация состоит из введения, четырех глав, включающих двенадцать параграфов, заключения, списка использованной литературы, приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается  актуальность избранной темы, рассматривается степень изученности проблемы, ее научная новизна, сформулированы цели исследования и его теоретические основы, дается обзор источниковой базы. Автор приводит основные положения, выносимые на защиту, и определяет практическую значимость диссертации. 
Глава первая – «Становление и развитие института судебного контроля» – состоит из трёх параграфов.  
В первом параграфе – «Понятие судебного контроля и его место в механизме разделения властей» – дается теоретический анализ содержания понятия судебного контроля, раскрывается самостоятельность судебной власти. Делается вывод о том, что в советский период российской государственности значительное место занимало гражданское судопроизводство, одной из функций суда была судебно-профилактическая. Но все же суд фактически был звеном государственного аппарата, приспособленного прежде всего к подавлению, о правозащитной функции суда практически ничего не говорилось. Только с провозглашением идеи правового государства, с признанием в Конституции Российской Федерации судебной власти в качестве самостоятельной и независимой ветви государственной власти стала создаваться определенная теоретическая база, находящая отражение в законодательстве.
Исходя из положений ст. 10 Конституции Российской Федерации, где  закреплено разделение государственной власти на три составляющие, каждая из которых действует самостоятельно, автор обосновывает необходимость выделения контрольной функции суда, потребность по-новому сформировать и закрепить в законах  полномочия суда вообще и в сфере контрольной деятельности, в частности. 
Автор поддерживает идею о том, что теория разделения властей, обосновывающая необходимость выделения судебной власти в самостоятельную и независимую от законодательной и исполнительной властей, возникла уже в античных государствах (Платон, Аристотель, Полибий, Эпикур и др.), присутствует в английской Великой хартии Вольностей 1215 г. (И.Л.Петрухин). П.М. Баренбойм считает божественной природу судебной власти и обосновывает мнение о том, что доктрина о разделении властей насчитывает три тысячи лет: от Ветхого Завета до наших дней. В подтверждение своих взглядов он приводит целый ряд аргументов, в том числе взятых из библии, различных научных трактатов, в которых изложены соответствующие положения и выводы.
Автор не оспаривает эту точку зрения. Непосредственно связанная с проблемами защиты прав личности идея судебного контроля, безусловно, носит духовные аспекты и питает свои корни в античном прошлом. Вместе с тем развитие идеи судебного контроля непосредственно связано с разработанной мыслителями конца XVII – начала XVIII веков идеи разделения властей. Основоположниками классической теории разделения властей (Дж.Локк, Т.Гоббс, Ш.Л.Монтескье, Ж.-Ж. Руссо и др) в отличие от своих предшественников создали совершенно новое учение о разделении властей, которое получило и получает воплощение в конституционном законодательстве и практике государственного строительства всех стран мира. В системе факторов, причинно обусловивших зарождение и развитие новой теории, прежде всего следует назвать исторический прогресс, который проявил себя в переходе к более высокому уровню социальной и государственной организованности.
Подчеркнем, что основатели классической теории разделения властей в качестве одного из приоритетных направлений деятельности судебной власти выделяли — осуществление судом контроля за органами исполнительной власти при осуществлении ими правозащитной функции.
Основные положения основателей классической теории разделения властей нашли свое отражение и закрепление в конституционных актах ряда стран, принятых в XVIII веке. Многие из этих актов сохраняют свое действие и сегодня. Особое место среди них, по мнению Л.М.Энтина, занимают Декларация независимости Североамериканских Соединенных Штатов от 4 июля 1776 г. и французская Декларация  прав человека и гражданина 1789 года.
Теория разделения властей получила реальное воплощение во многих странах мира. Эта теория — общедемократическая концепция, которая в той или иной степени может использоваться в странах с различным государственным устройством. До настоящего времени она является предметом изучения, поскольку меняется соотношение экономических и политических сил в обществе, уровень демократии, усложняется процесс управления государством. 
Теория разделения властей нашла своих сторонников и среди видных русских ученых конца XIX — начала XX века. Несмотря на различие взглядов и подходов к рассматриваемому вопросу, большинство из них сходилось в том, что судебная власть должна быть самостоятельной, независимой от других ветвей власти. Все они вместе должны составлять единую государственную власть. Труды российских ученых характеризует детальная разработка вопросов судоустройства и судопроизводства. Некоторые положения имеют практическое значение и в наше время.
Принцип разделения властей в сегодняшней России признан, конституционно закреплен и в той или иной мере применяется в построении и функционировании государственных институтов. Однако необходимый для его полной реализации механизм сдержек и противовесов, позволяющий сбалансировать различные ветви власти и поставить эффективный заслон на пути к узурпации власти, еще находится в начальной стадии формирования. Его создание – одна из важных гарантий демократического развития России. Все еще традиционно слабым местом остается в России судебная власть. Прокламированные Конституцией принципы судоустройства реализуются с трудом. И в данном случае ощущается противодействие и давление других ветвей власти, нередко все еще посягающих на независимость суда.
Судебная власть — это особая форма деятельности государства, осуществляющая свои властные полномочия специально созданными государственными органами – судами, в строго установленной законом процессуальной форме в сфере защиты конституционного строя, прав и законных интересов человека и гражданина, государственных органов, предприятий, учреждений, организаций и иных объединений.
На основании анализа правового регулирования и практики осуществления судебного контроля в Российской Федерации с учетом  опыта иностранных государств необходимо констатировать, что для судебного  контроля в целом характерны следующие тенденции развития: придание ему системности и всеохватывающего характера; увеличение внимания общества к проблемам судебного контроля; придание приоритета правам и свободам человека и гражданина по отношению к иным политико-правовым и социальным ценностям; расширение взаимодействия России в сфере судебного контроля с другими государствами. С учетом данных тенденций судебный контроль определяется как системная деятельность компетентных судебных органов, осуществляемая по предусмотренным законом основаниям и процедурам с целью защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, конституций и уставов, законов субъектов Российской Федерации, подзаконных нормативных правовых актов. Совершенствование системы судебного контроля в Российской Федерации, объединенной единством целей, задач и функций является центральным направлением развития судебной системы в России.
Во втором параграфе – «Особенности судебного контроля на современном этапе российской государственности» – раскрываются сущность данного социального института, определяются его цели, задачи, признаки, функции и формы. Для раскрытия содержания судебного контроля анализируются образовательная, практическая, воспитательная задачи судебного контроля, которые можно решить только через его функциональную составляющую.
Принцип приоритета прав и свобод человека и гражданина лежит в основе деятельности всех ветвей государственной власти. В функционировании же судебной власти он приобретает специализированную направленность, касаясь одного из наиболее важных аспектов реализации на практике конституционного постулата о признании человека, его прав и свобод высшей ценностью.
Сфера обеспечения прав и свобод человека и гражданина есть та область социальной практики, где наиболее полно соединяются цели деятельности всех судов, где особенно требуется согласованность усилий всех звеньев судебной власти. Выдвигая приоритетность прав и свобод человека и гражданина в качестве основополагающего принципа организации судебной деятельности, мы отнюдь не задавались целью доказать второстепенность интересов общества и государства. Все эти виды интересов, как уже отмечалось, находятся между собой в тесной динамичной связи и взаимозависимости. Приоритетность прав и свобод человека и гражданина в данном контексте означает только одно – признание того факта, что, в конечном счете, все интересы государства и интересы общества должны служить интересам личности, обеспечивать их наиболее полную реализацию.
Среди основных прав и свобод человека и гражданина особое значение приобретают политические права, в том числе и право на судебную защиту.  Очевидна тесная связь между ними и процессуальными правами, в частности, в сфере уголовного судопроизводства, которые немыслимы без существования такой организации судебной власти, где эти права гарантируются. Такие права являются характерными чертами действия судебной власти в правовом государстве. 
Одной из тенденций развития демократического общества является расширение сферы судебной деятельности, в том числе судебного контроля за законностью решений и действий должностных лиц, государственных органов и общественных объединений. И это не случайно, поскольку преимущества судебного порядка обжалования по сравнению с административным очевидны. Они определяются тем, что, во-первых, суд независим и подчиняется только закону; во-вторых, суд не связан узковедомственными интересами; и, наконец, в-третьих, судьи профессионально сведущи в вопросах законодательства.
Важнейшей функцией суда является контрольная, выступающая предметом диссертационного исследования. Термин «судебный контроль» появился в научном обороте сразу после введения в УПК РСФСР ст. 220-1, 220-2, регламентирующих осуществление судом проверки законности и обоснованности ареста, продления срока содержания обвиняемых под стражей. 
Судебный контроль существует не только в странах англо-американской системы права, но и во многих других цивилизованных странах – ФРГ, Италии, Австрии, Швейцарии, лежит в основе уголовного процесса во Франции. Этот контроль предусмотрен ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая стала составной частью российского права после ее ратификации Россией в 1998 г.
В российском законодательстве сегодня определилась тенденция к предоставлению права на обращение за судебной защитой во всех случаях, когда нарушаются права и свободы граждан. Из этого можно сделать вывод, что на уголовный процесс, по существу, распространяются правила статьи 46 Конституции Российской Федерации.
Таким образом, Конституция Российской Федерации содержит правовые основания для проведения судебного контроля в целях охраны конституционных прав граждан и для дальнейшего развития данного вида контроля за законностью процессуальной деятельности государственных органов. 
Делается вывод о том, что в зависимости от того, насколько реально, эффективно государство гарантирует свободу и неприкосновенность личности судят о его демократизме, а также о месте человека, гражданина в системе социально-политических ценностей, права и интересы которых должны уважать и охранять гражданское общество, его институты, и прежде всего государство. Судебный контроль имеет, несомненно, политическое значение, его эффективность определяет во многом мировой авторитет государства.
На рубеже XX – XXI вв. сложилась устойчивая тенденция к универсализации и сближению принципов и процедур судебной защиты прав человека. Именно поэтому особое значение приобретает анализ процесса становления института судебного контроля в разных странах, рассмотрение его сквозь призму действующего там законодательства.
В третьем параграфе – «Механизм судебного контроля в современной России» – рассматриваются принципы судебного контроля, которые совпадают с принципами уголовного судопроизводства. Одновременно особенности судебного контроля налагают свой отпечаток как на систему, так и на характер действия основополагающих процессуальных и этических начал, реализуемых в ходе судебного контроля. В теории уголовного процесса обращается внимание на то, что в настоящее время установлен усложненный порядок судебного контроля, содержащий элементы судебного следствия. 
Осуществление судебного контроля составляет компетенцию судьи, который обязан в своей деятельности руководствоваться Конституцией Российской Федерации в силу ее главенства по отношению к другим федеральным законам (к ним относится и УПК РФ) и прямого действия (ч. 1  ст. 115 Конституции РФ). Это означает, что согласно ч. 1  ст. 19 Конституции Российской Федерации на характер и объем судебного контроля не должны влиять национальность, партийность, пол, раса участников уголовного процесса, права которых призван обеспечить суд при его осуществлении.
Рассматривая вопрос о содержании и соотношении дефиниций «судебный надзор», «судебный контроль» и «судебные проверки», автор считает обоснованной позицию, согласно которой различие между судебным контролем и судебным надзором за действиями органов расследования, ограничивающими права и свободы граждан, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства, видят в том, что, осуществляя судебный контроль, суд не санкционирует эти действия, а проверяет законность и обоснованность санкционированного прокурором постановления органа расследования о применении меры процессуального принуждения. Осуществляя судебный надзор, суд несет ответственность за законность и обоснованность указанных действий, дозволяя органу расследования их производство путем дачи санкций.
Дале в диссертации раскрываются особенности судебного контроля на стадии предварительного расследования и стадии предварительного следствия; за применением задержания по подозрению в совершении преступления, за заключением под стражу и содержанием под стражей; за ограничением права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, на неприкосновенность жилища; за рассмотрением жалоб участников уголовного процесса.
Из множества конституционных положений, касающихся так или иначе уголовного процесса, сделан акцент на несоблюдении требований Конституции Российской Федерации, содержащихся:
•	 в ст. 22, 23 и 25 Конституции Российской Федерации (необходимость получения судебного решения на ограничение прав граждан на личную неприкосновенность, неприкосновенность жилища, права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных  и иных сообщений);
•	 в ст. 48 Конституции Российской Федерации (право на получение участниками уголовного процесса квалифицированной юридической, в том числе и бесплатной помощи, причем от всех юристов, а не только от адвокатов традиционных коллегий адвокатов и, применительно к подозреваемым и обвиняемым, с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения);
•	 в ст. 51 (право на свидетельский иммунитет) и ст. 53 Конституции Российской Федерации (защита прав потерпевших от преступлений).
В осуществлении судебного контроля есть много неясностей и пробелов, порождающих те или иные ошибки в функционировании института судебного контроля, их надо подвергать критическому анализу, но не отвергать саму идею данного социального института. Для его эффективного функционирования необходимо объединение усилий теоретиков и практиков, осмысление опыта других стран.
Вторая глава – «Основные направления реформирования судебных органов в механизме разделения властей в Российской Федерации» – состоит из двух параграфов.
В первом параграфе – «Положение судебных органов накануне реформы» – обосновываются новые требования к судебной системе, которая как важный социально-политический институт должна играть значительную роль в формировании гражданского общества, быть способной реализовать свои полномочия в интересах защиты прав и свобод человека и гражданина, конституционного строя, единого экономического и правового пространства Российской Федерации. Констатируется, что проблема обеспечения эффективной деятельности судебной власти как независимой и самостоятельной ветви государственной власти до конца не решена. 
Надлежащему функционированию судебной системы препятствует постоянный дефицит финансирования, в результате чего суды недостаточно обеспечены материально-техническими ресурсами. Это не позволяет судам использовать современные схемы ведения делопроизводства и информационные технологии, что вызывает нарушение сроков рассмотрения дел, волокиту и медлительность в осуществлении судопроизводства, а это, в свою очередь, отрицательно сказывается на конечном результате деятельности судов. Подобные случаи делают невозможным восстановление нарушенных прав граждан и их законных интересов, подрывают их веру в правосудие, порождают нежелание граждан обращаться в суд. Тем самым сужается поле правовой защищенности личности. 
Необходимым условием реализации судебными органами правовых норм о защите прав человека и гражданина в уголовном процессе является разработка и создание единого уголовно-процессуального, уголовно-правового, организационно-управленческого механизма их обеспечения. Он должен включать в себя основанные на законе и подзаконных актах научно-правовые установления, научно обоснованные организационные и методические рекомендации и практические меры, обеспечивающие эффективность соотношения защиты конституционных прав личности и их ограничения в осуществляемой правоохранительными органами деятельности по раскрытию и расследованию преступлений. Их значение заключается в том, что эти средства и методы являются одним из элементов общей системы защиты прав и законных интересов участников уголовного процесса.
Со вступлением России в Совет Европы несколько тысяч российских граждан обратились в Европейский Суд по правам человека с жалобами на неудовлетворительное осуществление правосудия в Российской Федерации, т.к. граждане и хозяйствующие субъекты испытывают затруднения при получении информации в сфере правосудия при доступе в залы судебных заседаний. Так, по решениям Европейского Суда по правам человека Российская Федерация выплатила истцам в 2002 г. 11 000 евро, в 2003 г. – 10 000 евро, в 2004 г. – 566 072 евро, в 2005 г. – 614 733 евро, 5 540 английских фунтов, 140 546 рублей 25 копеек.
Ухудшение положения судов переводит ситуацию из финансовой плоскости в политическую. Проблемы судов, возникающие на почве неудовлетворительного финансирования их деятельности, становятся проблемами миллионов людей, которые теряют веру не только в правосудие, но и в государство, его лидеров, в стремление власти отстаивать законные интересы граждан. 
Происходящее в настоящее время фундаментальное обновление законодательства, повышение роли и значения судебной защиты прав и свобод граждан, активизация нормотворческой деятельности нуждаются в квалифицированном юридическом обеспечении. В этой связи обострились вопросы подготовки кандидатов в судьи и специалистов для работы в судебной системе, повышения квалификации судей и работников аппаратов судов, а также теоретического осмысления правоприменительной и законопроектной деятельности судов. 
Без  научной разработки  проблем обеспечения судебной системы Российской Федерации невозможно достижение качественных сдвигов в отправлении правосудия. 
Как известно, концептуальные положения реформы судебной системы России определены в соответствии с современным представлением о принципах справедливого, или должного правосудия, активно функционирующих в международных судебных институтах и национальных судах: каждый имеет свободный доступ к независимому и справедливому правосудию; каждый имеет право на рассмотрение своего дела в разумные сроки независимым и справедливым судом; каждый имеет право быть выслушанным независимым и справедливым судом, в какой бы инстанции ни слушалось дело.
В диссертации отмечается, что современными исследователями уделяется недостаточно внимания последствиям реформирования судебной системы современной России, слабо разработана проблема взаимодействия судебной власти с законодательной и исполнительной ветвями власти, нет обобщающих исследований   развития  законодательства,  регулирующего функционирование судебной системы,  развитие различных ее звеньев.
Автор анализирует историю отечественной мысли в дореволюционный, советский и современный периоды, увязывая реформирование судебной системы в Российской Федерации  с  процессами демократизации, которые   в середине 80-х годов начались в общественной жизни нашей страны, акцентирует внимание на том, что становления и функционирования судебной власти может быть решена лишь тогда, когда носители этой власти самостоятельны, не подвержены никакому влиянию при принятии решений в рамках своей компетенции.
Традиционное понимание суда как специализированного органа государственной власти, осуществляющего лишь одну основную функцию – функцию правосудия, должно уступить место более широкому пониманию суда как самостоятельной власти, наделенной и функцией правосудия, и функцией судебного контроля.
Во втором параграфе – «Концепция судебной реформы и основные направления преобразования судебной системы в Российской Федерации» – рассматривается история реформирования судебной системы, основные идеи концепции реформирования судебной системы.
В качестве важнейших направлений судебной реформы рассматривались создание федеральной судебной системы; признание права каждого лица на разбирательство его дела судом присяжных в случаях, установленных законом; возможности обжалования в суд неправомерных действий должностных лиц, установление судебного контроля за законностью применения мер пресечения и других мер процессуального принуждения; организация судопроизводства на принципах состязательности, равноправия сторон, презумпции невиновности подсудимого; дифференциация форм судопроизводства; совершенствование системы гарантий независимости судей и подчинения их только закону, закрепление принципа их несменяемости.
Первыми изменениями в правовой базе, определяющей функционирование судебной системы,  были изменения  в Конституции РСФСР. В целях конституционного закрепления основ судебной реформы в Конституции РСФСР ставились следующие задачи: провозгласить отделение судебной власти от законодательной и исполнительной; сформулировать норму о верховенстве суда в правоохранительной деятельности; определить, что действие и применение судами, другими государственными органами и должностными лицами международных и межреспубликанских договоров, законов и иных нормативных актов зависит от их конституционности; прямо запретить судам следовать неконституционным актам; предусмотреть обязанность судов принимать решения на основании международного договора или Конституции РСФСР, когда обнаруживается несоответствие этим документам какого-либо правового положения; подтвердить признанную мировым сообществом прерогативу судебной власти защищать граждан от необоснованного ареста; установить судебные гарантии неприкосновенности жилища, охраны личной жизни, тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений; специально предусмотреть, что государство гарантирует гражданам ограждение от любых форм насилия, в том числе от принудительной изоляции в психиатрических учреждениях, от применения насилия в процессе судопроизводства и во время отбывания наказания, за исключением предусмотренных законом оснований; признать право гражданина на рассмотрение его дела судом присяжных, если ему грозит наказание в виде лишения свободы свыше 1 года; запретить создание чрезвычайных судов; подчеркнуть, что никто не может изъять в процессе рассмотрения в суде его дела без ведения своего законного судьи; предусмотреть основные правоограничения граждан и дополнительные полномочия органов власти, связанные с введением чрезвычайного положения; обеспечить, гарантировать гражданину иммунитет от самоизобличения в правонарушении; очертить сферы ведения и основные полномочия Конституционного Суда РСФСР в соответствии с Законом РСФСР «О Конституционном Суде РСФСР» от 6 мая 1991 г.; решить вопросы, касающиеся организации судебной системы, децентрализовав ее за счет формирования специализированных судов (ювенальных, административных и других) в дополнение к уже созданным арбитражным судам; описать систему федеральных судов.
С принятием 12 декабря 1993 г. Конституции Российской Федерации реформируется правовая  основа деятельности судебной системы Российской Федерации, сложилась система законодательства в субъектах Российской Федерации: конституции и уставы субъектов РФ; законы субъектов РФ; нормативные акты глав и органов исполнительной власти субъектов РФ.
Частью правовой системы являются Федеративный и иные договоры между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ, а также договоры между органами государственной власти субъектов РФ.
К числу  важных достижений  развития законодательной базы в ходе осуществления судебной  реформы относится  реализация требований ст. 22 Конституции Российской Федерации о том, что «арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению», введение судебного контроля за действиями следователей и органов дознания, ущемляющими гарантированные Конституцией Российской Федерации и международными пактами права человека, законодательное закрепление права человека, пострадавшего от преступления, обжаловать в суд акты прокурора и органов дознания о прекращении производства по делу или об отказе в возбуждении уголовного дела.
Анализ изменений в правовой базе судебной системы,  осуществленных в  ходе судебной реформы, показывает, что произошли кардинальные изменения в судебной компетенции: от ограниченной законами и подзаконными актами подведомственности в сфере гражданско-правовых и уголовно-правовых отношений до установления компетенции, соответствующей принятым в мире стандартам. Проявилось это в  реализации на практике нескольких важных целей, провозглашенных в Концепции судебной реформы.
Во-первых, обретение судьями подлинной независимости является стержнем судебной реформы, поскольку только через такую независимость может быть реализовано право на беспристрастное и справедливое правосудие. Основой судейской независимости являются несменяемость и неприкосновенность. Эти положения ввиду особой важности вошли в Конституцию Российской Федерации (ст. 121 и 122), детализированы в Законе РФ «О статусе судей в Российской Федерации» и в Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации» (ст. ст. 15 и 16).
Во-вторых, важной целью судебной реформы стало обеспечение самостоятельности судов в системе органов государственной власти. Вопрос следует рассматривать в трех плоскостях: организационной, процессуальной и экономической. Самостоятельность судов в Российской Федерации вытекает непосредственно из ст. 10 Конституции Российской Федерации, где прямо записано: «Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны».
Дальнейшее законодательное развитие эта идея получила в Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации», где в основном сформировалась совокупность законодательных мер, гарантирующих самостоятельность судов (осуществление правосудия только судом и запрет на присвоение функций по осуществлению правосудия для любых других органов под страхом уголовной ответственности; закрепление структуры судебной власти в виде трех ее самостоятельных ветвей - конституционной, общей юрисдикции и арбитражной; запрещение создания чрезвычайных судов, возможность создания специализированных судов для рассмотрения административных и гражданских дел только путем принятия федеральных конституционных законов; окончательность решений судов, вступивших в законную силу, невозможность их пересмотра иными органами; обязательность судебных постановлений, не требующих их подтверждения другими органами; запрет на издание законов и иных нормативных правовых актов, отменяющих или умаляющих самостоятельность судов, независимость судей; сосредоточение организационно-распорядительных функций по обеспечению деятельности судов внутри судебной системы, в том числе путем учреждения Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации; создание гарантий финансирования судов в соответствии с требованиями ст. 124 Конституции Российской Федерации; упразднение надзора за осуществлением правосудия со стороны других государственных органов, включая органы прокуратуры).
Закрепление в Конституции Российской Федерации и Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации» структуры органов судебной власти и исчерпывающего перечня федеральных судов и судов субъектов Российской Федерации исключает создание иных видов профессиональных судов вне рамок судебной системы. Вместе с тем, развитие судебной системы нельзя считать законченным, возможно и целесообразно формирование новых её звеньев.
Значение запрета на издание законов, отменяющих или умаляющих самостоятельность судов, содержащегося в ст. 5 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», весьма актуально в свете участившихся в последнее время попыток ограничить самостоятельность суда, снизить уровень правовых гарантий  независимости судьи.
В-третьих. Одной из трудно решаемых  в ходе судебной реформы проблем оказалось исполнение судебных решений. Если в сфере исполнения уголовного наказания существовал более или менее приемлемый порядок, то исполнение решений по гражданским делам даже в советский период, когда предметом спора были, как правило, незначительные объекты, принадлежащие гражданам на праве личной собственности или находящиеся в их пользовании, сопрягалось с большими трудностями.
С принятием в июле 1997 г. Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» создана нормативная база для наведения порядка в исполнении судебных решений. Эта работа возлагается на орган исполнительной власти - службу судебных приставов, входящую в систему Министерства юстиции РФ.
Однако структура организации органов юстиции такова, что они фактически находятся в двойном подчинении: федеральном – как подразделение Минюста Российской Федерации и региональном – как подразделение исполнительной власти субъекта Российской Федерации. Между тем характер исполняемых решений весьма чувствительно затрагивает как политические (административные дела), так и экономические интересы органов представительной и исполнительной власти субъектов Федерации.
Поэтому любая форма зависимости исполнителей судебных решений от региональных властных группировок (интересы которых не обязательно совпадают с интересами исполнительной или представительной власти субъектов Российской Федерации в целом) является нежелательной.
В-четвертых, еще одной составляющей развития судебной реформы в России является информированность о деятельности судов Российской Федерации. По свидетельству В.И.Радченко, судами общей юрисдикции в 2006 г. было рассмотрено 1 225 тысяч уголовных дел и 7 564 тысячи гражданских дел, а также свыше пяти миллионов дел об административных правонарушениях. И количество дел, особенно гражданских, продолжает возрастать. Вообще можно указать на такой факт, что, когда начиналась судебная реформа в Российской Федерации, суды рассматривали за год один миллион гражданских и полмиллиона уголовных дел. Можно представить, насколько выросла обращаемость граждан в суды за разрешением своих конфликтов, потому что гражданские дела возбуждаются, как правило, по заявлениям граждан. Если взять хотя бы по два заинтересованных лица в каждом гражданском деле и примерно столько же лиц в каждом уголовном деле (подсудимый и потерпевший), даже простой подсчет дает нам цифру: свыше 20 миллионов человек с учетом административных дел попадают в орбиту судебной деятельности ежегодно. А если учесть, что по многим из гражданских дел идут коллективные иски или выступают коллективные ответчик и есть не один потерпевший, а несколько, особенно по делам о групповых преступлениях, то можно смело говорить о том, что права и интересы около 30 миллионов человек ежегодно затрагиваются деятельностью судов. Отсюда обостренный интерес общества к тому, что делается в наших судах. 
Верховный Суд Российской Федерации внес в Государственную Думу проект федерального закона «Об обеспечении прав граждан и организаций на информацию о судебной деятельности судов общей юрисдикции в Российской Федерации». Тем самым предлагается сделать доступным для каждого гражданина, пожелавшего поинтересоваться состоянием нашего правосудия, доступ к двум информационным блокам. Первый блок касается самой организации деятельности судов, сведений о судьях, работниках аппаратов, работающих в судах, о порядке работы судов. Второй блок – это информация о содержании судебных актов, чтобы дать возможность гражданину ознакомиться практически с каждым судебным актом, кроме тех, которые по соображениям сохранения государственной тайны либо ради сохранения конфиденциальности информации о личной жизни или о коммерческой тайне должны иметь ограниченную открытость. 
Третья глава – «Судебный контроль в сфере оптимизации публичных и частных интересов в механизме разделения властей» – состоит из четырёх параграфов.
В первом параграфе – «Нормоконтроль в сфере публичных интересов» – определяется его суть в сфере публичных интересов,  состоящая в том, что граждане Российской Федерации и иные лица могут оспорить в судах как нормативные, так и ненормативные (индивидуальные) правовые акты. Он осуществляется посредством конституционного, административного, гражданского и арбитражного судопроизводств соответственно Конституционным Судом Российской Федерации, конституционными или уставными судами субъектов Российской Федерации, судами общей юрисдикции, арбитражными судами, мировыми судьями и судьями военных судов. Надо подчеркнуть, что в своем Послании Федеральному Собранию Российской Федерации 5 ноября 2008 года Д.А.Медведев отметил возможность передачи на федеральный уровень вопросов деятельности мировых судей, что позволит, несмотря на необходимость определённых трат, завершить формирование стройной вертикали судебной власти.
Роль судебной власти при рассмотрении таких споров в будущем будет возрастать, так как судебный порядок имеет неоспоримые преимущества перед иными формами рассмотрения спора: суд — это специальный государственный орган, осуществляющий контроль за законностью и обоснованностью решений; он независим ни от одной ветви власти и имеет конституционные гарантии такой независимости; у него нет какой-либо заинтересованности в результате рассмотрения спора; он имеет четкую процессуальную форму рассмотрения спора; принципы судебного рассмотрения демократичны; гражданин и сам орган управления имеют одинаковые процессуальные права и обязанности; суд дает публичную правовую оценку содержания конфликтов публичных и частных интересов. 
По общему правилу в судах общей юрисдикции рассматриваются все дела об оспаривании нормативных правовых актов, кроме тех, проверка законности которых отнесена законодательством к исключительной компетенции Конституционного Суда РФ. Вместе с этим в отличие от общего правила, федеральными законами может специально устанавливаться подведомственность арбитражным судам дел по проверке законности конкретных нормативных актов, регламентирующих деятельность неограниченного круга лиц (например, ст. 138 ч. 1 Налогового кодекса РФ).
В диссертации дается правовая оценка ситуациям, когда противоречия закона, иного нормативного правового акта либо иного ненормативного правового акта законодательного органа субъекта РФ, а также исполнительного органа государственной власти субъекта РФ устанавливаются соответствующим судом, под которым, как правило, понимается суд общей юрисдикции одного уровня с органом, издавшим обжалуемый правовой акт. Вопрос оспаривания нормативных правовых актов является частью более общего вопроса о порядке разрешения споров как одного из видов юридических конфликтов. 
Оспаривание нормативного правового акта не влечет автоматического признания их недействительными. Это, по сути, способ, направленный на выяснение соответствия акта требованиям и положениям законов и иных нормативных правовых актов, на выявление его целесообразности (при осуществлении общего контроля), юридической силы и нормативной обоснованности (при опротестовании). При удовлетворении жалобы или заявления обжалуемый (оспоренный) административный акт утрачивает свою юридическую силу. Дела об оспаривании правовых актов, носящих ненормативный характер, в зависимости от субъектного состава участников и характера правоотношений разрешаются судами общей юрисдикции или арбитражными судами. 
Возможность суда проверять нормативные акты и его право признавать некоторые из них (или конкретные положения) недействующими (незаконными) позволяет сделать и более общий теоретический вывод о том, что судебная практика все более становится источником права. Судебное решение, принятое в результате рассмотрения дела о соответствии закону какого-либо нормативного правового акта, становится также нормотворческим, так как оно формирует новые права и обязанности субъектов права, устанавливает недействительность, а следовательно, и неминуемую отмену определенных законодательных положений (правил поведения).
Особое значение в современной судебной практике приобретают дела об оспаривании нормативных актов по мотиву несоответствия их закону. Новизной отличается сам характер данной категории дел, так как объектом судебного обжалования (оспаривания) является нормативный акт. При этом судебная защита по таким делам затрагивает публичные интересы неопределенного круга лиц, так как сам нормативный акт распространяет свое действие на неограниченный круг лиц. Посредством рассмотрения таких дел суд общей юрисдикции осуществляет судебный контроль за соответствием оспариваемых нормативных актов другому нормативному акту, который имеет большую юридическую силу и значимость в иерархии нормативных актов. Характер рассматриваемого спора (дела), а также процедура его рассмотрения предопределяют выявление нормативной природы оспариваемого акта управления. Суд сначала определяет «нормативность» оспариваемого акта управления и соответствующие признаки, так как это имеет важнейшее значение для разграничения компетенции между судами общей юрисдикции и арбитражными судами. 
Во втором параграфе – «Конституционный контроль: федеральный и региональные аспекты» – дается оценка конституционному контролю как важному фактору стабильности и гарантии прогресса в развитии общества и государства, ибо острые политические проблемы могут и должны решаться в рамках и на основе права, что  особенно актуально в условиях современной России, развивающейся по пути укрепления государственности, формирования правового государства и гражданского общества.
Автор согласен с мнением В.Д.Зорькина о том, что Конституционный Суд Российской Федерации призван в режиме непрерывного мониторинга поддерживать согласование интересов, осуществляя конституционное правосудие в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей ее территории. Вмешательство Конституционного Суда Российской Федерации требуется каждый раз тогда, когда образуются или выявляются несоответствия, противоречия, разрыв закрепленных в Конституции согласованных национальных интересов с нормами федеральных и региональных законодательных актов.
Одним из центральных вопросов государственно-правового развития является  правовая охрана конституции. Это связано с обеспечением единства правового пространства и диктуется государственно-правовой практикой. Опыт нашей страны, как и зарубежный опыт, свидетельствует о том, что нередки случаи принятия правовых актов, не соответствующих основному закону, достаточно часто возникают споры по вопросам применения конституционных норм. Правовая охрана конституции не может быть реальной, а тем более эффективной, без наличия соответствующего механизма. В настоящий момент является общепризнанным, что  конституционный контроль – одно из эффективнейших средств правовой охраны конституции. 
Хотя Конституционный Суд Российской Федерации является  ведущим органом, осуществляющим конституционный контроль в России, однако полномочиями в сфере осуществления конституционного контроля  обладают и иные органы государственной власти, что обусловлено необходимостью придания конституционному контролю всеохватывающего системного характера. В этой связи требует совершенствования реализация соответствующих полномочий всех органов конституционного контроля и оптимизация путей  осуществления  конституционного контроля в Российской Федерации в целом, о чем идут дискуссии в юридической литературе, на различных форумах практиков. 
В связи с изложенным следует констатировать, что конституционный контроль носит еще не вполне всеохватывающий и системный характер, а единство правового пространства не всегда обеспечивается эффективно и своевременно. А значит, комплексное научное исследование явления конституционного контроля  в сущностном аспекте с соответствующими выводами о его значении, целях, задачах, принципах и функциях, с рекомендациями по совершенствованию его правового регулирования должно способствовать оптимизации структурирования и функционирования системы конституционного контроля в Российской Федерации. 
Существуют различные подходы к определению понятия конституционного контроля, нам представляется, что под конституционным контролем следует понимать системную деятельность федеральных и региональных судебных  органов, осуществляемую по предусмотренным законом основаниям и процедурам с целью защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения верховенства и прямого действия конституции государства. 
Далее в диссертации рассматривается процесс становления специализированного конституционного контроля в субъектах Российской Федерации по трем моделям: конституционные (уставные) суды, квазисудебные органы конституционного контроля, Верховный Суд республики, осуществляющий функции конституционного контроля.  К настоящему времени правомерно утвердилась лишь одна модель – осуществление специализированного конституционного контроля  конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации.
Причинами медленного становления судебных органов конституционного контроля в субъектах Российской Федерации выступают: несовершенство и неполнота федерального и регионального законодательного регулирования, нехватка материальных и финансовых средств в ряде субъектов Федерации на должное обеспечение деятельности конституционных (уставных) судов, а также незаинтересованность высших должностных лиц субъектов Федерации в создании соответствующих органов, контролирующих прежде всего их деятельность. 
Кроме того, ситуация осложняется фактической факультативностью создания конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации, так как федеральное законодательство не устанавливает обязанность создавать конституционные (уставные) суды. Даже закрепление соответствующих норм в конституции (уставе) субъекта Российской Федерации не гарантирует реального создания и функционирования названных органов. В этой связи требуются совместные усилия федеральных и региональных органов государственной  власти для устранения этих причин в целях становления и развития регионального конституционного контроля во всех субъектах Российской Федерации.
В этой связи представляется необходимым поддержать точку зрения об установлении федеральным законодательством обязательности формирования и функционирования конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации в каждом ее субъекте. Это может быть осуществлено в федеральном законе «Об общих принципах организации конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации». Данным законом предлагается расширить полномочия конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации, в частности, закрепить право предварительного контроля за нормативными актами, предлагаемыми для вынесения на референдум субъекта Российской Федерации или местного самоуправления. Названный федеральный закон также мог бы  определить и минимальный перечень субъектов, имеющих право обращаться в органы конституционного контроля. В работе предлагается закрепить за конституционными (уставными) судами субъектов Российской Федерации право обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, не связывая это право с наличием дела в суде. 
В диссертации отмечаются недостатки федерального законодательного регулирования конституционного контроля. В первую очередь к ним относится несовершенство механизма исполнения решений Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации. Оно обусловлено незавершенностью законодательной регламентации этой стадии конституционного судопроизводства, прежде всего в части развития норм об ответственности за неисполнение либо воспрепятствование исполнению решений Конституционного Суда Российской Федерации. 
В настоящее время федеральным законодательством установлен механизм реализации ответственности за неисполнение решений Конституционного Суда Российской Федерации в отношении органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Однако ответственность федеральных органов государственной власти  установлена недостаточно четко. 
В свете рассматриваемых проблем нами поддерживается целесообразность установления административной, уголовной, а при нанесении ущерба – и гражданско-правовой ответственности за неисполнение решений Конституционного Суда Российской Федерации. Определенную превентивную роль в этом отношении могло бы сыграть прямое закрепление в Конституции Российской Федерации нормы о праве на возмещение ущерба в случае неисполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации той стороне, в чью пользу решение было принято.
В третьем параграфе – «Административный судебный контроль: проблемы становления» – отмечается, что высокому статусу суда и его широким полномочиям, являющимся непременными условиями обеспечения судебной защиты прав и свобод граждан, не в полной мере соответствуют административно-юстиционный механизм защиты прав и свобод граждан, так как одним из важнейших элементов современного правового государства является институт судебного контроля за органами исполнительной власти. Именно специфика управленческой деятельности, носящей подзаконный характер, порождает необходимость такого контроля со стороны представительных, вышестоящих в порядке подчиненности, а также судебных органов. 
Судебный контроль осуществляется в определенных формах, обусловленных особенностью взаимоотношений двух самостоятельных ветвей власти – исполнительной и судебной. Он имеет двойную цель: с одной стороны, защиту физических и юридических лиц от злоупотреблений властью органами управления; с другой стороны, улучшение деятельности органов управления в интересах общества в целом. Совершенствование данного вида контроля мы можем рассматривать в качестве необходимого элемента как судебной, так и административной реформы.
Особенности правового статуса гражданина в отличие от правового статуса органа администрации требуют от государства повышенной защиты прав, свобод, законных интересов гражданина. Государство обязано быстро и справедливо отреагировать на любое нарушение этих прав и свобод органами государственной или муниципальной власти и их должностными лицами. Таким образом, в Конституции Российской Федерации заложен механизм взаимодействия двух ветвей власти — исполнительной и судебной. 
Одной из форм судебного контроля за защитой прав граждан в сфере управления является институт судебного обжалования неправомерных действий  (бездействия), решений государственной и муниципальной администрации. В современных государствах этот институт прошел довольно сложные и неоднозначные этапы своего становления. В результате в каждой стране создавались институты защиты прав граждан с учетом исторической обстановки и потребностей общественного развития. Таковым является институт административной юстиции.
В диссертации анализируются имеющиеся точки зрения на понятие «административная юстиция» (Д.Н.Бахрах, В.В.Бойцова, А.Б.Зеленцов, Ю.Н.Старилов, Н.Г.Салищева, В.В. Скитович,  Д.М.Чечот, А.П.Шергин, Н.Ю.Хаманева и др.) и дается собственное его понимание. 
Далее в диссертации рассматриваются характерные признаки административной юстиции.
Во-первых, это, безусловно, наличие правового спора (административно-правового, управленческого спора) о публичном праве, возникшего в связи с реализацией публичного управления, исполнительной власти, управленческой деятельности государственных и муниципальных служащих, должностных лиц, т.е. в сфере управленческой деятельности. Однако рассмотрение возникшего спора происходит при применении норм не только публичного, но и частного права.
Данный вид судебного контроля является одной из процессуально-правовых форм разрешения административного правового спора. Однако именно судебная процессуальная форма обеспечивает равенство процессуального положения участников судебного разбирательства — государственных и муниципальных органов и физических или юридических лиц.
Во-вторых, административно-правовые споры разрешаются в рамках осуществления судебного процесса, что также дает нам возможность соотнести административную юстицию с судебной властью.
В-третьих, правовая защита публичных прав граждан и юридических лиц является одной из главных целей административной юстиции. Именно нарушение этих публичных прав и составляет, по нашему мнению, предмет административной юстиции. Нарушения, вызванные незаконными действиями и решениями органов управления и должностных лиц, при этом могут касаться и других субъективных прав граждан и юридических лиц.
В-четвертых, для административной юстиции характерно существование отдельного круга субъектов правоотношений (граждане, юридические лица, органы публичного управления, субъекты исполнительной власти, должностные лица). Судьи (должностные лица), рассматривающие споры в области управления, должны обладать специальными знаниями и квалификацией в конкретных областях функционирования органов исполнительной власти и их взаимодействия с указанными субъектами.
Таким образом, административной юстицией мы можем признать рассмотрение споров специальными судебными органами по специальным правилам по поводу нарушения публичных прав граждан и юридических лиц в ходе управленческого процесса.
В четвертом параграфе – «Генезис судебного контроля в процессуальном производстве»  – для выработки научно обоснованных путей и способов совершенствования судебного контроля излагается его становление, а также проблемы, возникающие при его совершенствовании. Несомненный интерес для решения проблем совершенствования института судебного контроля реформируемой России имеет опыт Франции. Это обусловлено не только тем, что именно во Франции развивались идеи разделения властей, формировалась концепция прав и свобод личности, ставшая базой, фундаментом Декларации независимости США – первого государственного документа, защищающего каждого конкретного гражданина. Исторически так сложилось, что Франция и Россия, несмотря на известное противостояние, вылившееся в Отечественную войну 1812 г., имели общие интересы, решали сходные политические и социальные проблемы. Взаимосвязь российских и французских интересов сохранилась в последующем, вплоть до сегодняшнего времени обе страны решали ряд общих проблем, в том числе и в сфере совершенствования законодательства. 
Развивающийся в России институт судебного контроля функционирует в условиях рыночных отношений, которые давно стали основными для Франции. Именно поэтому французский опыт имеет как теоретическое, так и практическое значение. Первый российский уголовно-процессуальный кодекс – Устав уголовного судопроизводства был принят в 1864 г. Реакционная контрреформа уголовно-процессуального законодательства 70-80-х годов XIX в. в России выразилась в расширении полномочий жандармерии по расследованию политических преступлений, исключении этих дел, а также дел о преступлениях против порядка управления из подсудности присяжных, упразднении в большинстве губерний мировых судов с передачей их функций полицейским чиновникам.
Устав уголовного судопроизводства, претерпев ряд изменений и дополнений, действовал в целом до октября 1917 г. Первым декретом революционного правительства России о суде, опубликованном 24 ноября 1917 г., новым местным судам предписывалось руководствоваться в своих решениях и приговорах законами свергнутых правительств, «поскольку таковые не отменены революцией  и  не противоречат революционной совести  и революционному правосознанию». Немало норм Устава уголовного судопроизводства воспроизводилось в Уголовно-процессуальных кодексах Советской России 1922, 1923, I960 гг.
В российском судопроизводстве в предреволюционные годы был учрежден институт судебных следователей, что явилось попыткой отделить предварительное следствие от обвинительной деятельности прокуратуры. В советский период первоначально была сохранена идея производства предварительного следствия должностными лицами, состоящими при суде и не подчиняющимися прокуратуре. УПК 1922 г. закрепил институт судебных следователей, действующих под контролем суда и под надзором прокуратуры. Однако уже в 1923 г. судебный контроль за предварительным следствием был существенно ограничен и заменен прокурорским надзором. А в 1928 г. следователи были переданы в полное административное подчинение органам прокуратуры.
Идеологом нового суда и законности в советской литературе считался В.И.Ленин. Будучи юристом по образованию, он, вполне естественно, особо пристальное внимание уделял революционным преобразованиям в сфере права и правосудия. На протяжении всего периода существования Советской власти и КПСС он считался основателем и основоположником учения о демократических принципах советского правосудия. 
До недавнего времени в доктрине уголовного процесса о судебном контроле вообще не говорили. Реформа уголовно-процессуального законодательства (1958-1961 гг.), закрепила неограниченный и полновластный прокурорский надзор в уголовном судопроизводстве в целом (ст. 20 Основ уголовного судопроизводства СССР и союзных республик, ст. 25 УПК РСФСР) и за предварительным расследованием в частности, поэтому не могло быть и речи о судебном контроле на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. 
Разделением Конституцией Российской Федерации государственной власти на три составляющие, каждая из которых действует самостоятельно, обусловило необходимость выделения контрольной функции судов. В силу того, что судебная власть действует независимо, встала задача разработать концепцию полномочий суда вообще и в сфере контрольной деятельности в частности.
Далее в диссертации анализируются проблемы осуществления судебного контроля как самостоятельной функции судебной власти и неотъемлемой части уголовного судопроизводства на различных его стадиях, излагаются точки зрения на содержание судебного контроля, в частности, на стадии предварительного расследования. Как правило, именно в данной стадии начинается вовлечение граждан в орбиту уголовно-процессуальной деятельности в качестве различных участников процесса. Обеспечение их прав вследствие дефицита сведений об обстоятельствах совершения преступления, особенно на начальном этапе расследования, ограниченного проявления гласности, тесного соприкосновения уголовно-процессуальной деятельности с oпeративно-розыскной и других особенностей обладает существенной спецификой в сравнении с производством в суде.
Специальное внимание уделено становлению института судебного контроля в Российской Федерации согласно ратификации СССР Международного пакта о гражданских и политических правах. В конце 80-х годов прошлого столетия в стране усилилось внимание к основным положениям Всеобщей декларации прав человека, принятой 10 декабря 1948 г., согласно которой индивидуальные права являются абсолютными, присущими всем людям, без какого бы то ни было различия между ними. В отличие от коллективных, социальных прав они имманентны каждой личности и не зависят от конкретных общественных условий. В 50-70-е годы попытки опереться на данную Декларацию в борьбе за права человека парировались ссылками на то, что резолюции Организации Объединенных Наций, а следовательно, и резолюция № 217 А, которой была принята Всеобщая Декларация прав человека, носят лишь рекомендательный характер для государств и не связывают их твердыми обязательствами.
В диссертации отмечается, что в связи с активизацией проведения судебной реформы перед юридической наукой возникли следующие задачи, призванные дать научное толкование по практике применения последних правовых новелл: повышение эффективности судебного контроля как вообще, так и на всех стадиях уголовного судопроизводства; прогнозирование развития форм уголовного судопроизводства; всестороннее изучение отечественного и зарубежного опыта уголовного процесса в ретроспективе; разработка комплексных научных программ для изучения частных процессуальных проблем  с использованием научных исследований и т.д. 
Важную роль среди них играет  повышение эффективности судебного контроля на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, так как именно этот  этап уголовного процесса  сопряжен  с реальной необходимостью защиты конституционных прав и свобод наших граждан. По нашему мнению, современный судебный контроль представляет собой систему процессуальных средств, направленных на недопустимость ограничения реализации прав и обязанностей участников уголовного судопроизводства. 
В диссертации излагается позиция автора на соотношение понятий «процессуальная деятельность» и «процессуальные гарантии». Представляется, что такое  соотношение вполне допустимо, так как оно соответствует категориям диалектического материализма относительно «формы и содержания». Осуществление судебного контроля есть обязанность государственного органа, облаченного судебной властью. Суд должен в каждом  конкретном случае произвести ряд установленных законом процессуальных действий, то есть осуществить процессуальную деятельность, направленную на защиту прав и интересов участников уголовного судопроизводства. На наш взгляд,  процессуальные гарантии всегда должны находить свое выражение в конкретной  деятельности участников уголовного процесса, а  также органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. В противном случае все эти гарантии становятся лишь формальной декларацией. 
Полномочия суда на досудебном этапе уголовного судопроизводства образуют самостоятельное направление судебной деятельности – непосредственный судебный контроль за исполнением законов прокурором, следователем, дознавателем и органом дознания. Он выступает как необходимое средство достижения основных целей и задач уголовного процесса, а также  выполнения судом его главной функции —  отправления правосудия.  
Эти полномочия были значительно расширены в с связи с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.  Только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста; о продлении срока содержания под стражей; о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской  или судебно-психиатрической экспертизы; о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; о производстве  обыска и (или) выемки в жилище; о производстве личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных ст.93 УПК РФ; о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях; о наложении ареста на корреспонденцию, разрешении на ее осмотр и выемку в учреждениях связи; о наложении ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в  банках и иных кредитных организациях; о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности в соответствии со  ст. 114 УПК РФ; о контроле и записи телефонных и иных переговоров.
Необходимость получения судебного решения для производства указанных процессуальных действий обусловлена тем, что их выполнение связано с ограничением конституционных прав и свобод личности. Это обстоятельство позволяет нам сделать вывод о том, что все полномочия суда на  досудебном этапе уголовного судопроизводства имеют конституционное начало.
Мы полагаем, что расширение судебных полномочий на стадии предварительного расследования оказывает положительное влияние на дальнейшее внедрение в досудебное производство элементов принципа состязательности, так как здесь  этот правовой институт  в полной объеме не может быть реализован, поскольку функции расследования и обвинения возложены на  одно и то же лицо — следователя или дознавателя, в производстве которых находится уголовное дело. Кроме того, свидетельством расширения  принципа состязательности на досудебных стадиях уголовного процесса является предусмотренный законом судебный порядок обжалования процессуальных действий и решений прокурора, следователя или дознавателя.
Вместе с тем, несмотря на положительные качества состязательного процесса, его распространение на досудебное производство должно быть умеренным, с тем чтобы не допустить вмешательство в  процессуальную  самостоятельность следователя, направленную на решение задач по раскрытию и расследованию преступлений. Однако изложенное выше не означает, что судебный контроль следует рассматривать в качестве альтернативы прокурорскому надзору за расследованием преступлений, который был и остается основной формой контроля на досудебном этапе уголовного судопроизводства. В данной ситуации следует более конструктивно рассматривать соотношение прокурорского надзора и судебного контроля. По своему процессуальному предназначению они должны взаимодополнять друг друга по вопросам правозащитной деятельности. 
На суде как государственном органе лежит обязанность по осуществлению  контроля за уголовно-процессуальной деятельностью прокурора и органов предварительного расследования. Законодатель гарантирует всем участникам уголовного судопроизводства, что их права  могут быть ограничены исключительно тем органом, которому это право предоставлено Конституций Российской Федерации. Следовательно, на всех досудебных  стадиях участники уголовно-процессуальных правоотношений имеют реальную возможность в каждом конкретном случае обращаться в суд для защиты своих конституционных прав и законных интересов. 
Следует отметить, что судебный контроль не провозглашен в качестве   одного из принципов уголовного процесса, однако именно с его участием реализуется большинство конституционных принципов, декларирующих неприкосновенность личности, частной жизни, жилища, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, осуществления правосудия только судом и т.д. На основании изложенного можно сделать вывод о том, что содержанием деятельности суда по осуществлению судебного контроля является защита прав и свобод участников уголовного процесса.
Совершенствование обеспечения прав и свобод личности в уголовном процессе повлекло не только количественное увеличение полномочий суда на досудебном этапе уголовного судопроизводства, но и качественное изменение формы судебного контроля.  Классификация полномочий суда в ходе досудебного производства, установленных ст. 29 УПК РФ и иными нормативными актами, регламентирующими данный вид деятельности, позволило выделить следующие формы судебного контроля: 
•	принятие решения о производстве следственных действий, ограничивающих конституционные права и свободы граждан;
•	принятие решения о применении наиболее строгих мер процессуального принуждения, в том числе мер пресечения;
•	рассмотрение поступивших в суд жалоб на решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя либо прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам, свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.
Четвертая глава – «Судебный контроль в механизме разделения властей иностранных государств» – состоит из 3-х параграфов.
В первом параграфе – «Судебный контроль в защите прав и свобод граждан» – объясняется отличительная особенность уголовно-процессуального законодательства иностранных государств – четкая ориентация на защиту интересов и прав личности. Это прежде всего идеи гуманизма, соразмерность наказания и преступления, соответствие между природой преступления и природой наказания, равенство наказаний, точное и определенное наказание для  каждого преступления.
Важность и значимость этих принципов в сегодняшнем уголовно-процессуальном законодательстве стран Европейского союза и России не вызывает сомнения. Достаточно сослаться на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 г. № 1 (ред. от 11.01.2007 г.), в котором однозначно закрепляется положение о том, что обязанностью судов при рассмотрении уголовных дел и вынесении решений является соблюдение установленных главой 2 УПК РФ принципов уголовного судопроизводства, имеющих своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.
В диссертации рассматриваются статьи УПК Франции, касающиеся вопросов судебного контроля. Французские процессуалисты придают очень большое значение второй инстанции предварительного следствия   в лице обвинительной камеры, осуществляющей предание обвиняемого суду и надзирающей в режиме состязательной процедуры за законностью и правильностью следственного производства по делу. Автор согласен с тем, что гарантия прав состоит в том, что права могут противопоставляться государству, которое должно их уважать под угрозой санкций со стороны компетентных органов. Как только поставлено под вопрос одно из основных прав, это право становится подлежащим соблюдению юридическим принципом, а ограничение этого права – исключением. Вследствие этого механизм гарантии прав человека неизбежно ведет к ограничению власти государства. Таким образом порядок примиряется с защитой свободы.
Гуманность УПК Франции проявляется в большинстве его статей. В статье 137, в частности, отмечается, что «лицо, привлеченное к рассмотрению» (Закон № 84-756 от 9 июля 1984 г.) остается свободным, кроме случаев, когда в интересах следствия или в качестве меры безопасности (Закон  № 93-г от 4 января 1993 г.) «оно подвергается» судебному контролю или в виде исключения  (Закон  № 93-г от 4 января 1993 г.) «помещается» во временное заключение».
Укрепление гарантий прав личности в уголовном процессе Франции более всего отразилось на содержании досудебных стадий. Законы от 17 июля 1970 г., от 6 августа 1975 г., от 10 июня 1983 г., от 6 июля 1989 г., от 4 января 1993 г. изменили многие положения кодекса до неузнаваемости. Судебный контроль, введенный в качестве альтернативы временному (ранее предварительному) заключению под стражу, состязательный порядок принятия решения о самом временном заключении, появление права задержанного лица на свидание с адвокатом, расширение прав сторон при обжаловании в обвинительную камеру постановлений следственного судьи и признании недействительными процессуальных действий, произведенных с нарушением закона, - вот лишь некоторые из многочисленных нововведений, преобразовавших УПК 1958 г. в либеральном духе.
Создание института судебного контроля явилось итогом совершенствования уголовно-процессуального законодательства Франции. 
Автор согласен с тем, что с независимостью судебной власти тесно смыкается и независимость следственных органов, контроль за ее деятельностью суверенно осуществляют обвинительная камера, действующая коллегиально и с соблюдением состязательной процедуры. Судебный контроль за следствием - важная  гарантия, значение которой  в правовом  государстве трудно переоценить.
В числе гарантий соблюдения прав и свобод граждан особое место занимает презумпция невиновности, которая, по мнению французских юристов, сопровождается двумя важными признаками: во-первых, бремя доказательств лежит на обвинителе, а, во-вторых, всякое сомнение толкуется в пользу обвиняемого.
Согласно УПК Франции аресту или предварительному заключению следственный судья должен прибегать при наличии серьезных оснований, однако при применении этих мер закон наделяет следственного судью правом в интересах следствия продлевать срок предварительного заключения, практически не ограничивая его во времени продления.
Во втором параграфе – «Порядок осуществления судебного контроля в механизме разделения властей в иностранных государствах» – анализируется французский  опыт становления и развития судебного контроля и повышению его роли в защите прав и свобод гражданина. Уголовный процесс во Франции слагается обычно из трех стадий: 1) предварительное следствие; 2) судебное разбирательство и 3) исполнительное производство. Процедура обжалования в апелляционном или кассационном порядке составляет особую стадию уголовного процесса.
В большинстве случаев предварительному следствию предшествует полицейское дознание (enquete officieuse), значение которого во французском уголовном процессе черезвычайно велико. Должностные лица и агенты судебной полиции, действующие под руководством прокурора Республики, производят все действия, направленные на обнаружение виновных и закрепление доказательств. Офицеры судебной полиции имеют право на проведение самостоятельного предварительного дознания, а агенты и иные должностные лица – на проведение лишь отдельных процессуальных действий. Особенно велики полномочия офицеров судебной полиции при проведении расследования в отношении так называемых явных преступлений вслед за их совершением.
Предварительное расследование во французском уголовном процессе имеет исключительно большое значение, поскольку именно на этой стадии чаще всего определяется судьба привлеченных к уголовной ответственности. Подчеркнем еще раз: во Франции часто предварительное расследование с самого начала и до конца проводится в форме полицейского дознания, осуществляемого судебной полицией. 
Одной из гарантий правильности и эффективности функционирования судебной полиции является контроль прокуратуры и судебный контроль за проведением дознания. До возбуждения уголовного преследования права лица, привлекаемого к уголовной ответственности, обычно совершенно незначительны. Общие черты, присущие процессуальному положению обвиняемого в уголовном процессе стран Запада, по-разному проявляются в отдельных государствах. 
Французское уголовно-процессуальное законодательство придает очень большое значение задержанию вообще, что неудивительно, т.к. оно затрагивает права граждан на свободу. УПК подробно регламентирует случаи задержания при производстве дознания в отношении явных преступлений и уголовных деликтов, что предусматривает ст. 63 УПК, в которой говорится, что офицер судебной полиции вправе в интересах дознания задержать в своем распоряжении одно или несколько лиц, указанных в статьях 61 и 62. Об этом он уведомляет в кратчайшие сроки прокурора Республики. Указанные лица не могут быть задержаны более чем на двадцать четыре часа.
Однако лица, против которых не имеется ни одной улики, позволяющей предположить, что они совершили или пытались совершить преступное деяние, не могут быть задержаны более чем на срок, необходимый для взятия у них показаний. Задержание лиц, против которых имеются улики, позволяющие предположить, что они совершили или пытались совершить преступное деяние,  может быть продлено на новый срок не более чем в двадцать четыре часа с письменного разрешения прокурора Республики. Данный магистрат для выдачи указанного разрешения вправе распорядиться о доставлении к нему задержанного лица.
В уголовно-процессуальном кодексе Франции судебной полиции предоставлено право «в целях расследования» задерживать потерпевших, свидетелей и иных лиц. Нормы УПК предписывают производить задержание: 1) при производстве дознания в отношении явных преступлений и деликтов (статья 63); 2) в ходе предварительного дознания (статья 77) и при исполнении судебных поручений следственного судьи (статья 154). Согласно статьям 61-63 УПК задержаны могут быть: а) каждое лицо, личность которого нужно установить или проверить в ходе дознания; б) любое лицо, находящееся на месте происшествия и в) любое лицо, которое может дать нужные сведения о происшествии. Короче говоря, задержаны могут быть и потерпевшие, и свидетели, и вообще любые лица, оказавшиеся поблизости.
Офицеры судебной полиции могут производить все те действия, проведение которых предусмотрено при полицейском дознании (включая задержание и обыск). Агенты судебной полиции могут выполнять следственные действия при дознании в отношении явных преступлений и деликтов (неотложном дознании по «горячим следам») лишь на основе указаний офицеров судебной полиции и не вправе осуществлять задержание. Основная их функция – оказывать содействие офицерам судебной полиции при исполнении теми своих обязанностей по производству предварительного расследования. Судебная полиция в той или иной мере участвует в производстве по всем уголовным делам, и не только участвует, но и создает эти дела, являясь вместе с прокуратурой основным организатором уголовного преследования в государстве.
Далее в диссертации анализируется следственные суды, которых нет в большинстве стран континентальной правовой системы. Существующая организация следственного аппарата во Франции содействует обеспечению независимости следственных судей, их подчинению только закону, искоренению постороннего вмешательства в расследование ими уголовных дел, что также недопустимо, как и недопустимо вмешательство в рассмотрение дел судами.
Специально в диссертации анализируются полномочия прокурора Республики в стадии предварительного расследования, закрепленные в статьях 31, 40, 41, 51, 72, 80, 82, 86, 92, 140 и др. УПК Франции.
Из этих статей следует, что право возбудить уголовное преследование принадлежит исключительно прокурору (во Франции требование прокурора (requisiotoire introductif) является основной формой возбуждения уголовного преследования); следственный судья не может начать следствие по собственной инициативе, он может проводить следствие только на основании требований прокурора; расследуя дело, следственный судья может привлечь в качестве обвиняемого любое лицо, но в совершении только того преступления, которое указано в требовании прокурора; если в ходе следствия следственному судье стали известны факты, не указанные в требовании прокурора, он обязан немедленно сообщить о них прокурору, направив ему жалобы и протоколы, в которых они зафиксированы, и лишь после этого прокурор решает, какой им дать ход; возбуждение уголовного преследования – право, а не обязанность прокурора, он им пользуется факультативно и ни перед кем не отчитывается; прокурор вправе в любое время затребовать к себе материалы дела и предписать следственному судье производство следственных действий, которые считает полезными для установления истины по делу, а если следственный судья с ним не согласен, он обязан в течение 5 дней вынести об этом мотивированное постановление; лишь после согласия прокурора следственный судья может вынести постановление об окончании предварительного следствия т.д.
Следственный судья действует в тесном контакте с судебной полицией, в обязанности которой входит производство первичных неотложных действий, до тех пор, пока не начато следствие. После того как следствие начато, судебная полиция должна выполнять поручения следственного судьи и действовать в соответствии с его требованиями. Следственный судья может назначить срок, в течение которого ему должны быть переданы протоколы, составленные должностными лицами судебной полиции.
Во Франции следственный судья, с одной стороны, рассматривается как должностное лицо, выполняющее функцию расследования, а с другой – как судья, оценивающий результаты расследования и принимающий решения, касающиеся направления дела или вопроса о применении мер пресечения».
Судебной практикой был выработан специальный термин для обозначения решений, принимаемых следственным судьей в качестве судьи, – «юрисдикционные постановления» (ordonnanses juridictionneles). С принятием УПК 1958 г. этот термин стал употребляться и в тексте закона. Неюрисдикционными (административными) считаются постановления, выносимые следственным судьей в качестве следователя (о вызове обвиняемого, о производстве обыска и т.п.). Такое подразделение постановлений на две группы имеет существенное значение при определении порядка их обжалования и установлении перечня процессуальных документов, доводимых до сведения защитника обвиняемого.
Следственный судья не связан доказательствами, представленными полицией, в его руках сосредоточены эффективные средства расследования и получения доказательств: он может выезжать на место совершения преступления, производить допросы и очные ставки, обыски и выемки, налагать арест на имущество, предписывать проведение экспертизы, давать следственные поручения, выдавать мандат (ордер) о явке, на привод, на задержание, требовать помощи от полиции и публичных вооруженных сил, т.е. производить все следственные действия, необходимые для установления истины. Он вправе предписывать проведение экспертизы, дать следствию поручение (commision rogatoire), выдать ордера о явке, приводе, задержании, об аресте (mandats de comparution, d’amener, de deport, de l’arestation) и в этих целях требовать помощи от полиции (force publique).
Закончив следствие, следственный судья передает производство по делу прокурору Республики. Если прокурор согласен с проведенным расследованием, он возвращает материалы дела следственному судье. После этого следственный судья выносит постановление о направлении дела в соответствующую судебную инстанцию (ordonnance de renvoi) либо о прекращении уголовного расследования (ordonnance de non-lieu a suivre), если судья находит предъявленное обвинение необоснованным или улики недостаточными. Он может вынести также постановление о частичной необоснованности иска.
Во Франции создана система постоянного контроля за деятельностью следственных судей, она включает в себя ежегодную (в июне) оценку и проверку работы следственных судей. Действует двойная система оценки. Первая такова: в специальной таблице по вертикали перечислены 16 критериев, которые характеризуют профессиональных судей – от чувства ответственности до авторитета, юридических познаний и инициативы. По горизонтали выставляются оценки: «отлично», «очень хорошо», «хорошо», «посредственно», «неудовлетворительно». Другая система представляет собой письменную характеристику, которую составляет первый председатель апелляционного суда на основе письменных соображений председателей трибунала и обвинительной камеры».
В статье 82 УПК Франции закреплено право французского следственного судьи не согласиться с указаниями прокурора Республики. При этом следственный судья выносит мотивированное постановление. Если следственный судья, говорится в УПК, не считает необходимым выполнять требования прокурора Республики, он «должен (Закон № 93-1013 от 24 августа 1993 г.) “за исключением случаев, предусмотренных вторым абзацем статьи 137,” вынести мотивированное постановление в течение пяти суток с момента получения этих требований».
Возникший конфликт между следственным судьей и прокурором Республики решается обвинительной камерой. Обвинительная камера имеет еще одно название – «камера предания суду», с вытекающими из него задачами и полномочиями. Именно сюда, в камеру предания суду следственный судья и направляет дело о расследованном им преступлении. В составе каждого апелляционного суда имеется не менее одной обвинительной камеры и состоит она из председателя и двух советников. В отличие от председателя, выполняющего только свои обязанности, два других члена обвинительной камеры в случае необходимости могут заседать в других палатах апелляционного суда.
Роль обвинительной камеры важна и разнообразна. В первую очередь, это орган предварительного расследования второй инстанции, который проводит расследование после следственного судьи; французские юристы называют обвинительную камеру «верховным следственным судьей». С другой стороны, обвинительная камера является апелляционной инстанцией, рассматривающей жалобы на постановления следственного судьи. Обвинительная камера также еще и дисциплинарный юридический орган для должностных лиц судебной полиции, гражданских и военных должностных лиц, действующих в этом качестве.
Как надзорная инстанция обвинительная камера контролирует постановления следственных судей, рассматривает заявления участников процесса о нарушениях норм УПК, которые были допущены следственным судьей, прокурором, а также должностными лицами судебной полиции.
УПК Франции наделяет председателя обвинительной камеры особыми правами (ст. 219-223). Председатель обвинительной камеры осуществляет надзор за деятельностью следственных судей в виде «опекунских обязанностей»: контроль и поддержку последних. Однако он не может вмешиваться в предварительное следствие, предписывать следственному судье те или иные действия.
К полномочиям председателя обвинительной камеры относится, в частности, контроль за соблюдением сроков процедуры и правильным использованием следственных поручений (ст. 220 и 2211 УПК). Отсюда – обязанность следственного судьи периодически сообщать ему, как и генеральному прокурору, о состоянии всех расследуемых им уголовных дел.
Председатель обвинительной камеры вправе в целях недопущения задержки следствия отклонить жалобы сторон на постановления следственного судьи, в частности, относящиеся к экспертизе. Во всех этих случаях постановление председателя обвинительной камеры обжалованию не подлежит. С другой стороны, он контролирует законность предварительного заключения. Отсюда вытекает и его право посетить, когда считает нужным, арестный дом (ст. 222 УПК). К числу наиболее важных полномочий обвинительной камеры относятся право ревизии и право аннулирования.
Ревизия определяется как право обвинительной камеры восстановить все упущения следственного судьи; пересмотреть юридическую квалификацию расследуемых деяний; рассмотреть все пункты обвинения; распорядиться о предъявлении обвинения лицам, которые не были привлечены к уголовной ответственности, в совершении преступных деяний, вытекающих из материалов следствия, если только в отношении них не вступило в силу постановление о прекращении уголовного преследования, и в заключение распорядиться о предании обвиняемых суду. Обвинительная камера напоминает преподавателя, проверяющего своего ученика. Таким образом, она одновременно является как бы «органом правосудия» предварительного следствия (поскольку по ее инициативе выявляются ошибки и упущения следственного судьи) и следственным органом (поскольку она руководит следствием, но следственных действий не производит).
Следует отметить также, что именно обвинительной камере принадлежит право разрешения споров о подсудности: если в два исправительных трибунала, к двум следственным судьям или в два полицейских трибунала, находящихся в районе компетенции одного и того же апелляционного суда, одновременно поступило дело об одном и том же уголовно наказуемом деянии, то вопрос о компетенции разрешается обвинительной камерой, основанием для вынесения решения являются заявления прокурора, обвиняемого и потерпевшего; важно подчеркнуть, что это решение может быть обжаловано в кассационном порядке. 
Все иные споры о компетенции направляются на рассмотрение палаты по уголовным делам Кассационного суда, которая принимает их к производству на основании требования прокуратуры (Закон № 93-2 от 4 января 1993 г.) «или сторон». Кассационный суд может также в связи с принятием к производству  кассационной жалобы разрешить вопрос о подсудности по собственной инициативе, в том числе и заблаговременно. Он может принимать решения по всем действиям, произведенным юрисдикцией, из производства которой изымается дело.
Важно отметить, что обращаться в обвинительную камеру может не только следственный судья и прокурор, но и обвиняемый, его защитник и потерпевший. Следственный судья, установив в совершенном деянии состав преступления, направляет расследуемое дело в обвинительную камеру для предания суду. Прокурор направляет дело со своим заключением в обвинительную камеру и уведомляет заказным письмом каждую из сторон о дате рассмотрения дела на заседании обвинительной камеры. Функции прокуратуры в заседании обвинительной камеры закон возлагает именно на генерального прокурора или его заместителя. Секретарем обвинительной камеры выступает секретарь апелляционного суда.
Надзорная функция обвинительной камеры включает в себя проверку законности процессуальных действий по делам, переданным на ее рассмотрение. В случае обнаружения следственных действий, противоречащих закону, иными словами – неправомерных действий, обвинительная камера вправе применять соответствующие санкции. Интересно заметить, что при этом обвинительная камера выступает и как дисциплинарный орган по отношению к следственным органам первой инстанции. Соответствующие статьи УПК Франции предусматривают применение различных санкций: уголовных, дисциплинарных и процессуальных; применяются еще и гражданские санкции в форме обязательства возмещения убытков, причиненных неправомерными следственными действиями.
В отдельном разделе УПК Франции много внимания уделяется такой функции обвинительной камеры, как контроль за деятельностью офицеров и агентов судебной полиции. Для выполнения этой функции обвинительная камера собирается на заседание и проверяет представленные ей материалы дознания. Обвинительная камера с целью проведения своего расследования заслушивает генерального прокурора и должностное лицо судебной полиции, действия которого являются предметом рассмотрения. Должностное лицо, действия которого подлежат рассмотрению, вправе предварительно ознакомиться с материалами и воспользоваться помощью адвоката.
В диссертации анализируются предложения о создании специального коллегиального органа предварительного следствия – следственной палаты, которая явилась  бы психологическим и юридико-техническим противовесом давлению на следствие со стороны прессы, прокуратуры и должностных лиц исполнительной власти.
Проведенный анализ позволяет предположить, что институт следственных судей во Франции будет развиваться в сторону создания более совершенного механизма защиты прав и интересов гражданина и человека. Этому во многом способствует статус судьи, который характеризуется прежде всего наличием принципа несменяемости судьи и требованием его профессионализма. Даже судья низового уровня по общему правилу должен быть профессиональным юристом. Такая тенденция характерна для большинства демократических государств.
В третьем параграфе – «Использование зарубежного опыта при совершенствовании института судебного контроля в механизме разделения властей в современной России» – раскрываются пути решения задачи создания сильной и независимой судебной власти, эффективного следствия для того, чтобы каждый гражданин получил надежную правовую защиту от произвола и посягательств на права и свободы личности. Судебный контроль на стадии предварительного расследования, безусловно, является одним из необходимых условий для достижения этого.
Автор считает не вполне верной точку зрения о том, что замена в процессе расследования прокурора следственным судьей приведет к противопоставлению исполнительной и судебной власти, призванной принять окончательное решение в судьбе привлеченного к уголовной ответственности гражданина. А возложение контрольных функций на судью приблизит его к органам исполнительной, а не судебной власти. 
Автор считает это возражение необоснованным. Если исходить из смысла российского уголовно-процессуального законодательства, то судебный надзор и судебный контроль – это различные виды деятельности, имеющие лишь частично совпадающий предмет и осуществляемые различными судебными органами. Причем следует различать судебный контроль в порядке ст. 125 и 165 УПК РФ и судебный контроль за проведением оперативно-розыскных мероприятий. 
Во Франции функция надзора за законностью конституционных прав в сфере деятельности органов предварительного расследования и иных специальных служб возложена на суды. Такая же схема присуща и многим другим цивилизованным странам. В Германии эту функцию осуществляет общественная камера, в Италии – следственная камера и т.п.
Введение в уголовное судопроизводство судебного контроля, вне всякого сомнения, способствует повышению качества проведения предварительного расследования уголовных дел, выявлению и своевременному устранению в ходе досудебного производства следственных ошибок. Ведь до начала 90-х годов прошлого столетия лишь прокурор был практически единственным гарантом надлежащего исполнения законов органами дознания и следователями, активно вмешивающимся в расследование уголовных дел в целях предотвращения и устранения нарушений закона.
В диссертации дается анализ двух основных видов деятельности по обеспечению законности: прокурорский надзор и судебный контроль.  Они имеют как общее, так и особенное. Первое проявляется в том, что в механизме обеспечения законности на предварительном следствии участвуют два субъекта – суд и прокурор. Определенную роль в стадии предварительного расследования играют и различные формы ведомственного контроля. 
Далее в диссертации рассматривается конституционно-правовой статус прокуратуры Российской Федерации, ее взаимодействие с судебной властью как самостоятельной ветви государственной, две основные функции прокурора в стадии предварительного расследования: надзор за правильным и единообразным исполнением законов органами дознания, предварительного следствия и руководство перечисленными субъектами.
Мы разделяем точку зрения исследователей, критикующих сложившуюся в России ситуацию параллельного существования следователей в различных ведомствах, что порождает снижение их процессуальной самостоятельности, усиление зависимости от сильных ведомств местных властей, а иногда и предвзятость и обвинительный уклон.
Процессуальная самостоятельность российского следователя проявляется, в частности, в его праве не согласиться с указаниями прокурора, которые касаются существа расследования: привлечения к участию в деле в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объема обвинения, направления дела в суд или прекращения производства по делу, заключения обвиняемого под стражу или его освобождения из-под стражи, выполнения экспертизы и т.д. Во всех этих случаях следователь вправе представить дело со своими возражениями вышестоящему прокурору, который либо отменяет указание нижестоящего прокурора, либо поручает производство по этому делу другому следователю.
Далее в диссертации рассматриваются полномочия следователя по УПК РФ и следственного судьи во Франции.
Демократизацию структуры предварительного следствия французские процессуалисты усматривают в следующих положениях:
1) в изменении процессуального положения следственного судьи, обеспечивающем его независимость от прокуратуры;
2) в установлении большего равновесия между заинтересованными лицами (обвиняемым и гражданским истцом), с одной стороны, и прокурором, с другой, что практически выразилось в уравнивании их процессуальных прав, иначе говоря, в достижении полного торжества  принципа состязательности в стадии предварительного следствия;
3) в установлении строгого контроля судебной власти за деятельностью полиции и в четком определении ее функций;
4) в создании второй инстанции для предварительного следствия – обвинительной камеры апелляционного суда, осуществляющей предание обвиняемого суду и рассматривающей с соблюдением состязательности процедуры законность и правильность следственного производства по делу;
5) в установлении эффективных процессуальных гарантий для подследственного путем четкой регламентации институтов содержания под стражей (garde a vue) и превентивного заключения (detention preventive).
Мы не разделяем в полном объеме точку зрения Г.Дроздова о необходимости «возвращения к институту следственного судьи. Введение его позволило бы возродить предварительное следствие в его классическом смысле по конструкции, сохраненной во Франции, в Италии и в других странах Европы. Это соответствовало бы и российской исторической традиции, которая восприняла многие положения французского процесса».
Безусловно, нельзя эту проблему решать в спешном порядке. Мы понимаем, что вопрос о создании института судебного контроля, подобного французскому, является спорным. Как уже говорилось выше, необходим серьезный учет как французского, так и российского опыта, а также сложившейся на сегодняшний день ситуации.
В целях повышения качества расследования целесообразно переместить акцент надзорной деятельности прокурора с завершающего этапа на ход расследования. С этой точки зрения важное значение имеют приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 6.09.2007 г. № 136 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельность органов предварительного следствия» и приказ от 6 сентября 2007 г. № 137 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания» (в ред. Приказа Генпрокуратуры РФ от 28.12.2007 № 213).
По нашему мнению, вопрос о соотношении прокурорского надзора и судебного контроля во многом определяется тем, как соблюдается своеобразная последовательность и инстанционность, выражающиеся в том, что суд проверяет законность и обоснованность действий органа дознания и следователя лишь после того, как они уже были предметом прокурорской проверки. Суд выполняет контрольную функцию как в отношении действий и решений органов предварительного расследования, так и самого прокурора, который осуществляет надзорные функции в отношении названных органов. При таком подходе прокурор в полном соответствии осуществляет свою надзорную функцию в отношении органов дознания и предварительного следствия. Суд же в эту деятельность не вмешивается, при отсутствии установленных законом оснований ее законность не проверяет.
Контрольная деятельность суда на стадии предварительного расследования представляет собой гарантию эффективного решения задач уголовного судопроизводства, и особенно в тех случаях, когда, по мнению участников уголовного процесса, возникает угроза выполнению перечисленных выше задач. В таких случаях целью осуществления судебной властью контрольных функций является устранение препятствий на пути решения задач уголовного судопроизводства, по тем или иным причинам не выявленных прокуратурой.
Благодаря этому прокурор и суд осуществляют свои функции независимо друг от друга, каждый из них при выполнении своей функции действует в пределах, предусмотренных действующим законодательством. И все-таки прокурорский надзор за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия в отличие от судебного контроля на этом же этапе судопроизводства обладает неоспоримым преимуществом, поскольку является постоянным, непрерывным, всеобъемлющим. В этом его преимущество перед судебным контролем на предварительном расследовании, т.к. последний осуществляется в отношении лишь некоторых действий и процессуальных решений, носит фрагментарный характер, но тем не менее не утрачивает приоритета судебной власти, является дополнительной гарантией законности расследования преступлений на досудебных стадиях процесса.
Судебный контроль не заменяет и не дублирует прокурорский надзор, тем более ведомственный контроль в структурах органов предварительного расследования, а наряду с ними обеспечивает соблюдение прав и законных интересов личности, гражданина, оказывает значительное влияние на ход, полноту и качество следствия, способствует своевременному выявлению следственных ошибок. Речь должна идти не об устранении прокурорского надзора за применением мер процессуального принуждения и замене его судебным надзором, а о сочетании этих функций прокурора и суда в интересах обеспечения как уголовного преследования, так и защиты прав, свобод и законных интересов граждан.
Отметим, что в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ суды надзорной инстанции вправе реагировать на ошибки и нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении дела судом путем вынесения частных определений (постановлений). 
В диссертации специальное место уделено роли адвоката в реализации конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи применительно любого участника уголовного судопроизводства: подозреваемых, обвиняемых, потерпевших, гражданских истцов и ответчиков, а также свидетелей. 
Нельзя успешно двигаться вперед методом проб и ошибок. Опыт нашего государства свидетельствует о том, что это очень дорого обходится обществу. Поэтому, чтобы избежать ошибок при реформировании органов государственной власти нужно опираться на имеющийся как российский, так и зарубежный опыт, необходимо прибегнуть к экспериментальной проверке последствий намечаемых преобразований.
В заключении диссертации формулируются основные выводы и обобщения, представляющие, по мнению автора, наибольший интерес, предлагаются теоретические и практические рекомендации, а также определяются некоторые актуальные направления последующих исследований данной проблемы.

Основные положения диссертации опубликованы
в следующих работах:

 Монографии, учебники, учебные пособия

1.	Вороненков Д.Н. Научно-методическое пособие по разработке законопроектов в современной России [Текст] //Арзамасов Ю.Г., Вороненков Д.Н., Ивлиев Г.П. и др. – М.: Издание Государственной Думы, 2009. – 29,0 п.л. (в соавторстве, авторство не определено).
2.	Вороненков Д.Н. Административная юстиция в современных государствах [Текст] /Под ред. проф. С.А.Комарова и проф. Н.Ю.Хаманевой. – СПб.: Изд-во «Юридический институт» (Санкт-Петербург), 2009. – 21,6 п.л. (в соавторстве, авторство не определено).
3.	Вороненков Д.Н. Управление в области организации работы судов общей юрисдикции [Текст] //В учеб.: Административное право /Под ред. С.А.Комарова. – СПб.: Питер, 2009. – 1,5 п.л.
4.	Вороненков Д.Н., Дроздова А.М., Комарова Т.Л. и др.  Комментарий к Конституции Российской Федерации [Текст]  /Под ред. проф. С.А.Комарова. – СПб.: Изд-во «Юридический институт (Санкт-Петербург)», 2008. – 24,4 п.л. (в соавторстве, авторство не определено).
5.	Вороненков Д.Н., Комарова Т.Л., Косопкин А.С. и др. Новая Юридическая энциклопедия [Текст]  /Под ред. С.А.Комарова и Р.Л.Хачатурова. – СПб.: Издательство «Лики России», 2008. – 89,0 п.л. (в соавторстве, авторство не определено). 
6.	Вороненков Д.Н., Дроздова А.М. Судебная власть в Российской Федерации [Текст]  // Профессиональные знания и навыки, необходимые государственным гражданским служащим в работе по обеспечению деятельности Государственной Думы: Учебное пособие. – М.: Издание ГД ФС РФ, 2007. – 1,25 п.л. (в соавторстве, авторство не определено).
7.	Вороненков Д.Н. Судебный контроль в механизме разделения властей: Монография [Текст] /Под ред. проф. С.А.Комарова. – СПб.: Издательство Юридического института (Санкт-Петербург), 2007. – 19,2 п.л.
8.	Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм и правовой идеализм в современном российском обществе на рубеже веков: Монография [Текст]  //Под ред. проф. С.А.Комарова. – СПб.: Издательство Юридического института (Санкт-Петербург), 2004. – 10,2 п.л.
9.	Вороненков Д.Н. и др. Основы государства и права. 4-е изд. Учебное пособие [Текст] /Под  общ. ред. С.А.Комарова. – СПб.: Питер, 2003. – 42,5 п.л. (в соавторстве).
10.	Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм и правовой идеализм в поведении личности: Учебное пособие. [Текст]  – СПб: Юридический институт (СПб). 2000. – 7,1 п.л.

 Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых
научных журналах, указанных в перечне ВАК
Министерства образования и науки РФ

11.	Вороненков Д.Н.  Судебная реформа в Российской Федерации: вопросы теории и практики [Текст] // Д.Н.Вороненков, В.М.Оробец /Представительная власть – XXI век. – М., 2006, № 2. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
12.	Вороненков Д.Н. Судебный контроль в системе разделения властей [Текст] / Представительная власть – XXI век. – М., 2008, № 5. – 0,5 п.л.
13.	Вороненков Д.Н. Реализация контрольной функции суда в построении гражданского общества [Текст] // Д.Н.Вороненков, А.Н.Халилов /Человек, преступление и наказание, 2009, № 1. – 0,25 п.л.
14.	Вороненков Д.Н. Судебная власть как особая форма деятельности государства [Текст] // Д.Н.Вороненков, Е.С.Ковальски /Право и государство, 2009, № 1. – 0,25 п.л.
15.	Вороненков Д.Н. Контрольная функция суда в обеспечении прав, свобод и законных интересов личности [Текст] // Д.Н.Вороненков, Е.С.Ковальски /Законы России: опыт, анализ, практика. М., 2009, № 1. – 0,25 п.л.
16.	Вороненков Д.Н. Конституционные основания проведения судебного контроля в Российской Федерации и Республике Польша [Текст] // Д.Н.Вороненков, Е.С.Ковальски / Право и государство, 2009, № 2. – 0,25 п.л.
17.	Вороненков Д.Н. Вынесение приговора при согласии  подсудимого с обвинением [Текст] /Вестник Академии экономической безопасности МВД России, 2009, № 3. – 0,25 п.л.
18.	Вороненков Д.Н. Административный судебный контроль: проблемы становления в России [Текст] // Д.Н.Вороненков, В.С.Мокрый / Право и государство, 2009, № 5. – 0,25 п.л.
19.	Вороненков Д.Н. Судебный контроль в механизме разделения властей [Текст] // Д.Н.Вороненков / Право и государство, 2009, № 8. – 0,25 п.л.
20.	Вороненков Д.Н. Оптимизация судебного контроля в современной России [Текст] // Д.Н.Вороненков /Современное право, 2009, № 8. – 0,25 п.л.
21.	Вороненков Д.Н. Судебная власть и судебный контроль: вопросы теории [Текст] // Д.Н.Вороненков / Право и государство, 2009, № 9. – 0,25 п.л.

 Статьи, опубликованные в материалах международных, всероссийских, региональных конференций, «круглых столов», семинаров

22.	 Вороненков Д.Н. О некоторых аспектах правового нигилизма в поведении личности //В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. II [Текст]  / Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: Издательство «Юридический институт (СПб)»,  1999. – 0,2 п.л.
23.	 Вороненков Д.Н. Правовой идеализм в современном обществе // В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. II [Текст] / Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: Издательство «Юридический институт (СПб)»,  1999. – 0,25 п.л.
24.	 Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм в русской философии права [Текст] // В сб.: Формирование правового государства в условиях реформирования гражданского общества. /Материалы региональной научно-практической конференции. – Хабаровск: ДВИЗиП. 1999. – 0,25 п.л.
25.	 Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм и правовой идеализм  (теоретико-правовое исследование): Автореф. дис. … канд.юрид.наук. [Текст] – М.: Академия МВД РФ, 1999. – 1,0 п.л.
26.	 Вороненков Д.Н. Оптимизация функционирования органов судебной власти [Текст] // В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. IV (2) /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2000. – 0,5 п.л.
27.	 Вороненков Д.Н. Суд и его реформы в России [Текст] // В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. V /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2001. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
28.	 Вороненков Д.Н. О реализации концепции судебной реформы в Российской Федерации. В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. V [Текст] /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2001. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
29.	 Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм в поведении личности. В сб.: Правовая культура в России на рубеже столетий [Текст] /Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Волгоград: Издательская группа ВРО МСЮ. 2001. – 0,25 п.л.
30.	 Вороненков Д.Н. Мировая юстиция в современной России [Текст] //Новая правовая мысль. 2002. № 1. – 0,25 п.л.
31.	Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм в русской философии права [Текст]  //В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. VIII /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2004. – 0,5 п.л.
32.	 Вороненков Д.Н. Заключение под стражу по решению суда [Текст] / Юридическая мысль, 2004, № 3 (22). – 0,5 п.л. (в соавторстве).
33.	 Вороненков Д.Н. Оптимизация правотворческого процесса  в современной России на его этапах и стадиях [Текст] // Информационно-аналитический бюллетень Аппарата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. – М., 2005. № 8. – 2,5 п.л. (в соавторстве). 
34.	Вороненков Д.Н. Реформирование судебной системы и совершенствование правосудия [Текст] // Д.Н.Вороненков, Н.И.Полищук / В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. IX /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2005. – 0,25 п.л. (в соавторстве).
35.	 Вороненков Д.Н. Современное состояние судебного контроля в Российской Федерации [Текст] // Д.Н.Вороненков, В.Н.Кохман /В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. X /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2006. – 0,25 п.л. (в соавторстве).
36.	Вороненков Д.Н. Некоторые теоретические и практические проблемы реализации принципов уголовного судопроизводства [Текст] // Д.Н.Вороненков, Н.И.Полищук /Юридическая мысль, 2006, № 7. Специальный выпуск. – 0, 5 п.л.
37.	Вороненков Д.Н. Юридическая и социальная устремленность правовых норм [Текст] // Д.Н.Вороненков, Н.И.Полищук /Юридическая мысль, 2006, № 7. Специальный выпуск. – 0, 5 п.л.
38.	 Вороненков Д.Н. Нормы гражданско-процессуального права  и их специфика [Текст] // Д.Н.Вороненков, А.А.Шуранова /В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. X /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2006. – 0,25 п.л. (в соавторстве).
39.	 Вороненков Д.Н. Судебно-правовая реформа в странах СНГ (на примере Российской Федерации и Республики Казахстан) [Текст]  //В сб.: Государство, право, личность: история, теория, практика //Под ред. проф. С.А.Комарова /Материалы научно-практической конференции  18 февраля 2006 года. – Коломна: КГПИ, 2006. – 0,6 п.л. (в соавторстве).
40.	 Вороненков Д.Н. Судебная власть в Российской Федерации [Текст]  – М.: Изд-во ГД ФС РФ, 2006. – 1,0 п.л. (в соавторстве).
41.	 Вороненков Д.Н. Правовой нигилизм и правовой идеализм  (теоретико-правовое исследование) [Текст] // В сб.: Личность, право, государство: история, теория, практика // Материалы Международной конференции 24-25.11.2006 г.  / Под ред. С.А.Комарова. –  СПб.: Издательство Юридического института (Санкт-Петербург), 2006. – 1,0 п.л.
42.	Вороненков Д.Н. О модернизации и постмодернизационных процессах в сфере права [Текст] // Информационно-аналитический бюллетень Аппарата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. № 8. – М., 2006. – 2,5 п.л. (в соавторстве). 
43.	 Вороненков Д.Н. Формы судебного контроля в уголовном судопроизводстве [Текст] //Новые Европейские пенитенциарные правила: совершенствование санкций и мер / Материалы междунар. науч. прак. конф.  – Рязань:  Академия  ФСИН  России, 2007. – 0,5 п. л. 
44.	Вороненков Д.Н. Мошенничество как уголовно-наказуемое деяние: история, теория, практика [Текст] // Д.Н.Вороненков, Н.И.Полищук /Юридическая мысль, 2007, № 6. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
45.	 Вороненков Д.Н. Механизмы судебного контроля в реформируемой России [Текст] //В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. XI. Часть 1 /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2007. – 0,25 п.л. (в соавторстве).
46.	 Вороненков Д.Н.  Мошенничество в сфере потребительского кредитования [Текст] // Д.Н.Вороненков, Н.И.Полищук /В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. XI. Часть 1 /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2007. – 0,25 п.л. (в соавторстве).
47.	 Вороненков Д.Н. Управление в области организации работы судов общей юрисдикции [Текст] //В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. XI. Часть 2 /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2007. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
48.	 Вороненков Д.Н. Судебная власть в системе разделения властей: история становления и российская действительность [Текст] //Д.Н. Вороненков, И.В.Королева /В сб.: Политика. Власть. Право. Вып. XI. Часть 2 /Под ред.  С.А. Комарова. – СПб.: ЮИ (СПб),  2007. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
49.	 Вороненков Д.Н. О соотношении социальных и правовых норм // Д.Н.Вороненков, О.А.Фомина /В сб.: Новые Европейские пенитенциарные правила: совершенствование санкций и мер [Текст] // Материалы междунар. науч. прак. конф.  – Рязань:  Академия  ФСИН  России, 2007.  – 0,5 п. л. 
50.	  Вороненков Д.Н. Обеспечение законности при осуществлении оперативно-розыскной деятельности [Текст] // Д.Н.Вороненков, В.Н.Кохман  / В сб.: Современное уголовно-исполнительное законодательство: проблемы теории и практики /Материалы междунар. науч. прак. конф. – Рязань: Академия ФСИН России, 2007. – 0,35 п.л. 
51.	 Вороненков Д.Н. Судебный контроль и его место в механизме разделения властей [Текст] /Материалы междунар. науч. прак. конф. – Рязань: Академия ФСИН России, 2007. – 0,25 п.л. 
52.	Вороненков Д.Н. Конституционный контроль как средство демократизации российской государственности [Текст] //Д.Н.Вороненков, С.А.Комаров / Материалы науч. прак. конф. 13-14 ноября 2008 года. – СПб.: Издательство Норма, 2008. – 1 п.л.

Иные публикации

53.	Вороненков, Д.Н. Аналитический обзор практики применения судебными и правоохранительными  органами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КОАП РФ) [Текст] //Д.Н.Вороненков, С.А.Комаров. – СПб.: Издательство Юридического института (Санкт-Петербург), 2002. – 2, 5 п.л. 
54.	Вороненков Д.Н. Личная свобода и наказание, связанные и не связанные с её лишением, по УК РФ 1996 года [Текст] // Д.Н.Вороненков, А.Ж.Рамазанов / Юридическая мысль, 2003, № 6. – 0,5 п.л.
55.	 Вороненков Д.Н., Комаров С.А. Соотношение категорий правонарушение и преступление [Текст] // Юридическая мысль, 2005, № 4. – 0,5 п.л. 
56.	Вороненков Д.Н., Комаров С.А. Российское законодательство и правовой нигилизм //Проблемы российского законодательства. Часть 1. – Самара: СГА, 2005. – 0, 35 п.л.
57.	Вороненков Д.Н., Оробец В.М. Основные направления реформирования судебной системы в Российской Федерации [Текст] // Юридическая мысль, 2006, № 7. Специальный выпуск. – 0, 5 п.л.
58.	Вороненков, Д.Н. Судебный контроль на досудебных стадиях уголовного судопроизводства [Текст] //Д.Н.Вороненков / Цивилистические записки: Вып. 9: Гражданское право и закон: проблемы теории и практики / Под научн. ред. В.А. Рыбакова, А.Я. Гришко. – М.: Издательская группа «Юрист», 2007. – 0,5 п.л.
59.	 Вороненков Д.Н. Актуальные вопросы применения  судами условного осуждения //Д.Н.Вороненков, В.Н.Кохман [Текст] / Цивилистические записки: Вып. 9: Гражданское право и закон: проблемы теории и практики / Под научн. редакцией В.А. Рыбакова, А.Я. Гришко. – М.: Издательская группа «Юрист», 2007. – 0,5 п.л.
60.	Вороненков Д.Н., Оробец В.М. К вопросу о реализации судебно-правовой политики //Д.Н.Вороненков, В.М.Оробец  [Текст] /В сб.: Уголовное судопроизводство: проблемы теории, нормотворчества и правоприменения /Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Рязань: Академия ФСИН, 2008. – 0,5 п.л.
61.	Вороненков Д.Н. Правовое обеспечение независимости судей [Текст]  // Юридическая мысль, 2008, № 2.
62.	Вороненков Д.Н., Халилов А.Н. Нормативная составляющая самостоятельности судебной власти [Текст] // Юридическая мысль, 2008, № 6. – 0,5 п.л. (в соавторстве).
63.	Вороненков Д.Н., Халилов А.Н. Судебная система в построении гражданского общества и развитии национальной экономики [Текст] //Д.Н.Вороненков, А.Н.Халилов /В сб.: Актуальные вопросы военного управления и строительства: Аналитический вестник. Вып. 10 /Под ред. С.А.Комарова. – М.: Издание Государственной Думы, 2008. – 0,5 п.л.